April 30th, 2002

kluven

(no subject)

Некоторые слова бывает трудно или вовсе невозможно переводить на иностранные языки – потому что в тех культурах нет не то что синонима, но самого понятия, которое слово обозначает. Нет внутреннего чувства для него, и нет – в той национальной культуре – органа восприятия этого чувства.

Причем нет иногда вовсе не оттого, что самого явления нет, но как раз наоборот – потому что явление настолько неотъемлемо заполняет данное бытие, что само это явление оказывается так же незаметным для погруженных в него, настолько же безусловно подразумеваемой данностью, «физическим свойством пространства», насколько вода для глубоководной рыбы, и как глубоководная рыба «не знает воды», так и люди не знают явления, в которое они погружены, и не помышляют о нем. Инобытие для них не только неведомо, но и немыслимо, чем воспрещается рефлексия и наличного бытия.

Таково, например, слово «пошлость», на англоязычном переводе которого сломался даже Набоков.

* * *

Противоположный случай являют понятия отсутствующие как раз по причине отсутствия самих явлений. Например, неизвестно как переводить на английский слово «самодержавие». Обычно переводят как autocracy, однако очевидно, что autocracy и самодержавие – понятия и сущности различные. Проверочный пример:
И комната, в которой я болею,
В последний раз болею на земле,
Как будто упирается в аллею
Высоких белоствольных тополей.
А этот первый – этот самый главный,
В величии своем самодержавный,
Но как заплещет, возликует он,
Когда, минуя тусклое оконце,
Моя душа взлетит, чтоб встретить солнце,
И смертный уничтожит сон

Перевести «in majesty [of his] autocratic» – выйдет абсурд, совершенно иная тональность. Причем, что характерно, различие в тональностях как раз и отражает разницу между (неведомым нынешним романцам) византийским самодержавием и европейскими абсолютизмами.
kluven

(no subject)

В городе Гороховце Владимирской области планируется установить памятник штандартенфюреру Отто фон Штирлицу [...] Идея установки памятника принадлежит группе гороховецких интеллектуалов , которые нашли в романе Юлиана Семенова подтверждение тому, что родина героя-разведчика -- древний город Гороховец. Предполагается, что памятник Штирлицу будет изготовлен из специального небьющегося стекла. Проект его заказан московскому скульптору Вячеславу Клыкову, который уже делал для Владимирской области памятник Илье Муромцу. А финансировать установку монумента будет немецкая общественная организация " Жертвы гестапо" из города Эрлангена -- побратима Владимира. [*]
kluven

(no subject)

В экспериментальной группе, за которую молились священники, забеременели 50% пациенток. А в контрольной эта величина составила только 26%. Молитвы в несколько раз увеличили вероятность успешной имплантации оплодотворенной яйцеклетки и повысили частоту развития многоплодных беременностей [*]
kluven

(no subject)

"Что стоит за проектами поворота российских рек на юг"

Николай МИХЕЕВ, советник министра природных ресурсов РФ:

Сегодня у нас нет Политбюро, а все государства суверенные. Они имеют право на 50 процентов отданной воды. Но это не значит, как многие говорят, что надо “продавать воду”. В мире вода, которая течет, не продается. [...] если возникнет ситуация, то мы должны рассматривать ее с позиции благоприятствования, а не шуметь, что не дадим воду. Для начала: она не наша [...] вода не имеет границ и общенациональна. [...] Слова “не дам” у нас не должно быть ни по этическим, ни по техническим, ни по природным условиям.
kluven

(no subject)

“Россия всегда находилась по другую сторону цивилизации… Россия привыкла питаться соседями. При этом она может их очень любить, но все равно в итоге пожрет… Эти привычки в ее государственной крови. Приехать на танках, разбомбить, перенасиловать, заставить изучать свой язык…”

Журналист А. Невзоров в интервью украинскому журналу “Олигарх”.
kluven

(no subject)

Александр ЦИПКО

Ведущий программы “Свобода слова” на НТВ Савик Шустер – великий мастер телевидения. Мастерство его, правда мастерство мрачное, состоит в том, что он заставляет зрителя увидеть то, чего нет в кадре, заставляет прийти к той единственно возможной мысли, которая навсегда поселяется в мозгах.

И достигает он этого эффекта неотвратимого внушения очень простым методом. Он рассаживает экспертов таким образом, подбирает на эту роль такие лица, что даже, если бы они не сказали ни одного слова, все равно ясно – кто с кем, почему и за что он борется.

Если бы я был каким-нибудь “кремленологом” из Вашингтона или Парижа, то я бы изучал ситуацию в России и ее перспективы прежде всего по пятничным шоу Шустера. Наверное, нашим либералам кажется, что он работает на их партию, что он утверждает в своих телеспектаклях их правду о России. Но чем больше я наблюдаю за тем, что делает Шустер, тем больше укрепляюсь во мнении, что сам он давно уже стоит по ту сторону русского добра и зла.

Поразительно, но в передачах либерала Шустера самыми неубедительными и ненатуральными выглядят герои либеральной партии. Но и “государственники” в его программах, при всей их несокрушимой правде, выглядят обреченными. Савик Шустер открывает нам дьявольскую правду о какой-то нашей несостоятельности. У него и либералы, и коммунисты выглядят как политики без стержня, без будущего. Наиболее тяжелое впечатление в шоу “Свобода слова” оставляют выдвиженцы новой партии власти.

Сам тот факт, что союз России и Белоруссии, союз территорий, которые еще десять лет назад составляли сердцевину государства, союз народов, которые практически говорят на одном языке, связаны и кровными, и историческими узами, союз народов, который является велением сердца и острой необходимостью, является предметом дискуссии, говорит о том, что мы ненормальная, больная страна.

Нигде в мире, тем более в Европе, в США, не являются предметом спора и дискуссии откровенные национальные интересы. Ведь очевидно, что Россия, которая является остатком империи, не имеет будущего, если она не будет проявлять реинтеграционные усилия. Ведь очевидно, что если Россия будет руководствоваться той же логикой самоуничтожения, которую она проявила во время распада СССР, если она будет отталкивать от себя Белоруссию, то она просто обречена. Не надо обладать даром пророчества, чтобы не видеть, что, как только Белоруссия вслед за Украиной пойдет на Запад, нам конец. Символом этой гибели государства будут войска НАТО, размещенные на границе под Смоленском.

Ведь очевидно, что объединение территорий человеческого и интеллектуального потенциала нынешней России и Белоруссии только увеличит наши исторические потенции. Что Белоруссия является для нынешней России самым удобным коридором на Запад. Что как только Белоруссия закроет нам границы, да еще и совершит эту акцию вместе с Украиной, то мы просто окажемся новым азиатским гетто. Что союз с Белоруссией обеспечивает нам старые, надежные границы на линии Бреста.

Сам тот факт, что у коллективного оппонента этого союза в лице и депутатов, и лидеров СПС существует возможность бороться с этими очевидными преимуществами союза Белоруссии и России, говорит: что-то абсурдное заключено в устройстве нашей нынешней политики.

Наблюдая и даже участвуя в полемике между врагами и сторонниками государственного союза России и Белоруссии, я вдруг отчетливо осознал, что никогда не будет у нас национального согласия и гражданского мира. Раскол и в мыслях, и в чувствах, и в настроениях между теми, кто сидел против Лукашенко, и теми, кто сидел за его спиной, так велик, что на самом деле мира у нас не будет. И самое страшное, что реальная политическая сила за теми, кто называет белое черным, кто откровенно борется с Россией, откровенно добивает ее.

Правда состоит в том, что противниками союза России и Белоруссии являются все те, кто еще десять лет назад добивался распада СССР. И вполне понятно, что люди не хотят упускать из рук свою победу, что они никогда, ни при каких условиях не допустят воссоздания того, что им удалось разрушить. Тем более что они – победители – на самом деле являются и судьями, и прокурорами в нашей несчастной стране. А те, кто пытается им сопротивляться, кто видит мир нормальными глазами, говорят об очевидном, о правде каким-то извиняющимся, чуть ли не заискивающим тоном.

И самое удивительное. Прошло более десяти лет после распада СССР. Но те уловки, при помощи которых наши “демократы” соблазняли русских идеей суверенитета, идеей сбрасывания “лишних территорий”, работают до сих пор. В начале 90-х они доказывали, что от природных богатств Туркмении и Казахстана мы беднеем, а потому должны оставить эти республики в покое… Поистине – русские верят только в то, что абсурдно. Теперь им внушают мысль, что десять миллионов белорусов, которые и работают хорошо, и преданы нам, будут нам обузой. Раньше они, “демократы”, а теперь “либералы”, активисты СПС, занимались дьяволизацией “номенклатуры”, живописали аппаратчиков как “убийц”, “воров” и “насильников”. Теперь они дьяволизируют выбор большинства белорусского народа и живописуют Лукашенко как “убийцу”, “насильника” и “врага демократии”.

И самое последнее. Присутствуя на этой передаче, я вдруг осознал, что, по большому счету, белорусам при их достоинстве и гордости не нужна современная Россия. Зачем белорусам Россия, где правят враги и российской государственности, и российского народа? Конечно, Лукашенко некуда деваться, ему нужен и русский рынок, и русская политическая крыша. Но, наблюдая за ним во время передачи, за его неожиданными признаниями, я вдруг увидел, что в душе он уже давно разочаровался и в России, и в союзе с ней. Конечно, эта игра в союз будет продолжаться, но при нынешнем раскладе сил в России все скоро кончится.

В принципе Россия, в которой задают тон “либералы”, которых подобрал для передачи Шустер, где имеют слово откровенные демагоги типа нашего писателя “пен-клубовца” Александра Ткаченко, не нужна и нам самим.

Вот такие тяжелые мысли внедрил в мое сознание мастер раздевания русской политической реальности.