December 24th, 2008

kluven

Вот она, европейская русофобия!


русский шоколад -- какао с водкой

русский апельсин -- апельсиновый сок с водкой

русский киндерпушн -- киндерпушн с водкой



(и еще расизм с колониализмом: лумумба -- какао с ромом)
kluven

(no subject)

В. ПОЗНЕР: Вы бывали вообще в Абхазии в стародавние времена?

С. БУНТМАН: Не случилось, к моему величайшему сожалению.

В. ПОЗНЕР: Я бывал там часто. И поразился тому, насколько грузины презрительно относились к абхазцам, и насколько абхазцы ненавидели грузин. Язык другой - это ладно, религия другая. Но абсолютно дискриминационное было отношение. Это факт. Я видел это.


(«Эхо Москвы», радиопередача «Особое мнение»)
kluven

русское превосходство над Европой

или национальные особенности русского понятия о праве
Засилье в европейском сознании семитической законнической традиции заставляет вослед юристам и западную науку биться лбом об стенку, пытаясь описать единым законом даже то, что явно не только не может быть описано никаким законом, но и является прямой оппозицией закону – свободу.

В то же время русское национальное сознание, свободное от многих европейских заблуждений, оказывается более близким индоевропейскому прообразу. Недаром наиболее радикальный вариант понятия свободы в русском языке по-прежнему выражается словом "воля", восходящим к праиндоевропейскому корню, когда-то обозначавшему аналогичное понятие во всех ветвях этой языковой семьи. Вместе с этим грозным наследием мы неожиданно получаем такое преимущество, которым глупо было бы не воспользоваться. И люди пользуются, ага…

Впрочем, англосаксонская правовая культура всеми силами стремится не отстать от российской. Англо-американцы нашли средство от окаменелого универсального юридического правила, введя систему прецедентного права – фактически систему итеративного шаг за шагом уменьшения логической неопределённости, заложенной в любом правиле. Впрочем, гораздо более радикальным решением (на которое ограниченное западное сознание конечно никогда не решится) был бы полный отказ от надежды на строгое соблюдение каких бы-то ни было норм и законов, как это всегда имело место быть в родном отечестве. Для англосаксов такое положение вещей пока сродни недостижимому идеалу. Ведь известно, что у нас при достаточном желании решаются даже такие вопросы, которые в другой стране разрешить не удаётся, несмотря на все ухищрения…