?

Log in

No account? Create an account
Sergey Oboguev's Journal
 
[Most Recent Entries] [Calendar View] [Friends View]

Tuesday, June 14th, 2016

Time Event
9:01a
Снова новостная лента
Originally posted by starii_kashka at Снова новостная лента

Пять младенцев обнаружены в морозилке, в квартире, принадлежащей некоей добропорядочной семье.. Мать направлена в психдиспанер на принудит. обследование. Счастливый отец удивлен (fait etat de surprize). Целых пять, как тут не удивиться.

На моей памяти третий случай. Замораживание младенцев - такой фр. национальный спорт. Уже и не удивляется никто (кроме отца). Но все-таки каждый раз возникают вопросы. Почему надо обязательно морозить, а не тушить, или солить? Почему надо держать в доме, годами? Отец ничего знать не знал. Пять раз подряд жена ходила беременная, потом рожала, но он ничего не замечал. Пять младенцев - это серьезный обьем. Не во всякую морозилку поместятся. Даже в очень большом холодильнике. Даже если недоношенные. Все равно 10 кг минимум. У кого в морозилке может незаметно пять лет (ну не строго все это время, там динамика, кинетика) лежать 10 кг чего-нибудь? Есть такие? Полез за пельменями, а там какие-то замороженные тушки. Кальмары что ли, кто их разберет, смерзлись. Начал варить - завоняло. Рассмотрел, оказалось - собственные дети. Родные кровиночки. Вот вам и etat de surprize.
9:02a
Обмен
Originally posted by el_murid at Обмен

Новый обмен пленными. Двух украинцев Афанасьева и Солошенко меняют на двух фигурантов дела 2 мая в Одессе Мефедова и Соколова. Чем-то этот обмен похож на все прочие, которые осуществляли украинцы: за своих пленных солдат они передавали не столько ополченцев, а в значительной мере схваченных и совершенно непричастных ни к чему гражданских.

Здесь примерно та же ситуация: людей, схваченных после Одесской Хатыни, обвинили фактически в том, что они выжили в бойне, которую устроили нацисты, продержали два года в СИЗО без приговора - и теперь передают в обмен на людей, которых, мягко говоря, к невиновным отнести затруднительно. Один из них, к примеру, переправлял контрабандой через границу узлы и детали вполне военного назначения.

Тем не менее, хоть что-то. Вопрос - как быть с другими российскими гражданами, сидящими в украинских тюрьмах, так и неясен. Только по официальным данным, таковых порядка двухсот человек - около 180, если быть точнее. Плюс пленные ополченцы, числом под тысячу - как быть с ними?





Originally posted by el_murid at Обмен (2)

С обменом пленными еще веселее. Объявлено о том, что двух украинцев Афанасьева и Солошенко Путин помиловал и отправил на Украину, в ответ благодарный Порошенко выпустил и отправил в Россию двух (а точнее, трех) граждан Украины: Глищинскую с ребенком и Диденко, арестованных по делу 2 мая в Одессе. Это уже какой-то совсем постмодернистский сюжет.
9:19a
А вы не охренели со своим футболом и мёрвыми пидорасами?
Originally posted by shurigin at А вы не охренели со своим футболом и мёрвыми пидорасами?




С фанатскими драками в Марселе все просто словно помешались! Впечатление такое, что разогнали не пьяную английскую гопоту, которая не приывкла огребать "звЕзды" в ответ на свою борзоту, а, как минимум, пару дивизий НАТО. И вот теперь в "топах" новостей идёт бесконечное "перетирание" - отстранят команду России от дальнейшего чемпионата или просто оштрафуют? Лишат Россию ЧМ 2018 или нет?
Вторым "топом" новостей - расстрел "голубых" в американском гей-баре  Голубая устрица Pulse. Очередная (после чеченских братьев Царнаевых) спасённая из лап тоталитаризма неблагодарная скотина отправила в ад (согласно Библии сие место расплата за содомию) сорок девять содомитов.  Странное число, если честно! Число 49 есть число смерти всего живого кто соприкасается с ним, это огонь сконцентрированный на проявлении событий, как трактуют его нумеролги. Но, мля, причём здесь мы? Неужели 49 "голубых" убитых за девять тысяч километров от Москвы это так важно?
Уверены?
Точно?

Вот перед вами на фото главная новость!
Ночью 9 июня в ходе очередного артобстрела украинской армии, накрывшего Куйбышевский район был ранен этот малыш. Его зовут Илья. Осколками ребенку задело обе ножки: сквозное ранение левого бедра и правой подколенной области.  Сейчас мальчик находится в больнице. Состояние Илюши врачи оценивают как удовлетворительное...
А всего за сутки на Донецк и его окрестности упало больше трёхсот снарядов и мин.
И всего за сутки под Донецком в боях было уничтожено и ранено больше полусотни оборзевшит от безнаказанности "укров".

Это наши новости, но только кого они волнуют?

Оле-оле-оле-оле! Россия...


9:21a
Гипотетический сценарий
Originally posted by el_murid at Гипотетический сценарий

Описанный Михалковым сценарий катастрофы, когда Китай захватывает нашу территорию, выглядит фантастикой, но лишь отчасти.



Нужно понимать, что для нашей страны территориальная целостность является проблемой, которая решается только устойчивой и дееспособной центральной властью, ее способностью и готовностью защищать страну, мобилизовывать народ, объединять его общей идеей. Собственно, поэтому любая революция в России практически всегда заканчивается территориальными утратами - внешние и внутренние противники России всегда готовы воспользоваться слабостью и неспособностью защищать столь лакомую собственность. После 17 года мы утратили огромные территории, часть из которых так никогда к нам уже не вернулись - та же Финляндия, к примеру. Буржуазная революция 91 года привела к распаду СССР и отторжению почти трети наших территорий. Ни малейших сомнений в том, что любая другая революция, случись она сегодня, приведет к тому же - в том числе и к событиям, которые описывает Михалков.

В том и мерзость нынешнего режима - мало того, что он уже вверг страну в катастрофу во всех областях - экономике, финансах, политике, социальной сфере, культуре, образовании, народосбережении и так далее. Ко всему прочему, ведя дело к своему собственному крушению, путинский режим неизбежно приведет и к территориальным потерям в момент своего краха.

Сформированная за четверть века воровская элита "молодой двадцатилетней России" никогда и ни при каких обстоятельствах не станет защищать страну. Невозможно себе представить ситуацию, чтобы дочери Путина пошли работать сестрами милосердия в госпитали для раненых, дети разных Ротенбергов, Дерипасок, Чаек пошли на фронт, чтобы воры-губернаторы спрятанные в тумбочках миллиарды рублей и долларов передали на строительство танков и самолетов - всё это даже не смешно.

Народ, который нещадно грабят и уничтожают, народ, которому демонстрируют, что он никто, что власть ни при каких обстоятельствах не станет рисковать награбленным ради его спасения, будет поставлен перед тяжелейшим выбором: защищать Родину сегодня - это защищать право воров продолжать ее грабить. В таких условиях говорить о единстве перед лицом опасности практически невозможно, и когда режим рухнет, а это лишь вопрос времени, сценарий, о котором говорит Михалков, станет реальностью - причем скорее всего, в еще более жесткой форме.

Проблема в том, что призывы сплотиться вокруг нынешнего Отца нации, чтобы не допустить развала страны, выглядят чистой клиникой - как раз коллективный Путин и есть причина ее будущего распада. Чем дольше он будет сидеть на своем месте, тем более сокрушительными станут последствия. Это еще одно противоречие, которое нужно будет разрешать, пытаясь минимизировать неизбежное.

10:29a
об убийстве Пушкина
Несимян рассуждает:

Originally posted by el_murid at Пешеходное

Был сегодня проездом-проходом в одном знаковом месте. Вот это стоячее зеленое болотце и есть знаменитая Черная речка, на которой был злодейски застрелен гений русской словесности Пушкин.

Правда, говоря откровенно, пал Александр Сергеич смертью героя скорее по закону больших чисел, чем от враждебных происков или чудовищной провокации. Судя по тому, что известно о великом поэте, он принимал участие в нескольких десятках дуэлей, причем по большей части по совершенно идиотским причинам. В конце концов, фортуна в какой-то момент притомилась следить за Нашим Всем, на чем всё и закончилось.

В общем-то, винить его тут смысла нет - благородное сословие того времени дурело от безделья и развлекалось как могло. Жена Пушкина была перманентно в тягости, по какой причине совесть нации таскался за каждой юбкой и лез во все драки и склоки. Как можно понять, куча дуэлей, в которых он принимал участие, была по совершенно дурацким причинам - будучи на одной из них секундантом, Пушкин так завзято спорил с другими секундантами о правилах проведения поединка, что доспорился уже до собственной дуэли.

Кроме того, поэт Сан Сергеич был, вне всякого сомнения, великий, но как человек, похоже, был так себе - наглый, дерзкий - в общем, классический мажор.


А вот что писал по этому поводу человек более знакомый с предметом, нежели Несмиян, и составивший убедительную реконструкцию убийства Пушкина как политического, организованного группировкой Нессельроде для того, чтобы устранить ненавистного им крупного представителя русского национализма, начавшего приобретать влияние на императора и великих князей:

Я, как, впрочем, и многие другие, сильно сомневаюсь в причастности Геккерна к «диплому» – уже хотя бы из-за крайней рискованности для него подобной проделки (ведь он был замешан и в волокитство Дантеса). Казалось бы, доказательством может служить тот факт, что сам Николай был уверен в виновности Геккерна. Однако, по свидетельству придворного вельможи, князя А. М. Голицына, сын Николая, Александр II, получил иную информацию: «Государь Александр Николаевич… в ограниченном кругу лиц, громко сказал: „Ну, так вот теперь знают автора анонимных писем (то есть экземпляров «диплома“. – В. К.), которые были причиной смерти Пушкина – это Нессельроде». Из этого текста, правда, не ясно, шла ли речь о графе или о графине; П. Е. Щеголев считал, что о второй.

[...]

Хорошо известно, что супруги Нессельроде питали настоящую ненависть к Пушкину, который еще с юных лет, с июня 1817 года, числился на службе в Министерстве иностранных дел. 8 июля 1824 года Александр I под нажимом Нессельроде уволил Поэта со службы и отправил его в ссылку в село Михайловское.

Однако Николай I 27 августа 1826 года отменил ссылку, а в июле 1831-го распорядился о возвращении Пушкина в Министерство иностранных дел. И выразительный факт: Нессельроде, рискуя вызвать недовольство царя, в течение более трех месяцев отказывался выплачивать Пушкину назначенное ему жалованье в 5000 рублей (в год).

П. П. Вяземский (сын поэта), свидетельствовал, что существовала острейшая вражда между Пушкиным и графиней Нессельроде. Стоит сказать здесь и о том, что супруги Нессельроде были в высшей степени расположены к Геккерну и – по особенным причинам – к Дантесу: дело в том, что последний являлся родственником или, точнее, свойственником графа Нессельроде. Мать Дантеса Мария-Анна-Луиза (1784-1832) была дочерью графа Гацфельдта, родная сестра которого стала супругой графа Франца Нессельроде (1752-1816), принадлежавшего к тому самому роду, что и граф Вильгельм Нессельроде (1724-1810), отец российского министра иностранных дел (это выяснил еще П. Е. Щеголев). Поэтому не было ничего неестественного в том, что супруга министра стала «посаженой матерью» («отцом» был Геккерн) на свадьбе Дантеса с Екатериной Гончаровой 10 января 1837 года.

Вышеизложенное вроде бы дает основания для того, чтобы объяснить причастность графини М. Д. Нессельроде и в конечном счете самого графа к составлению «диплома» их личной враждебностью к Пушкину. Но, как представляется, главное было в другом.

Уже упомянутый хорошо информированный П. П. Вяземский писал, что графиня Нессельроде была «могущественной представительницей того интернационального ареопага, который свои заседания имел в Сен-жерменском предместье Парижа, в салоне княгини Меттерних в Вене и в салоне графини Нессельроде в Петербурге». Отсюда вполне понятна, как писал Павел Петрович, «ненависть Пушкина к этой представительнице космополитического олигархического ареопага… Пушкин не пропускал случая клеймить эпиграмматическими выходками и анекдотами свою надменную антагонистку, едва умевшую говорить по-русски».

Противостояние Пушкина и четы Нессельроде имело в своей основе отнюдь не «личный» характер, о чем убедительно писал в уже упоминавшемся исследовании Д. Д. Благой. Дело шло о самом глубоком противостоянии – политическом, идеологическом, нравственном; кстати сказать, после гибели Пушкина Тютчев (написавший об этой гибели как о «цареубийстве») словно бы принял от него эстафету в противостоянии Нессельроде.

По словам Благого (пожалуй, несколько вычурным, но по сути верным), Нессельроде и его круг представляли собой «антинародную, антинациональную придворную верхушку… которая издавна затаила злобу на противостоящего ей русского национального гения».

Это противостояние обострялось, показал Благой, по мере того, как Николай I все более покровительствовал Пушкину и, с точки зрения придворной верхушки, усиливалась «опасность, что царь… может прислушаться к голосу поэта». Факты достаточно выразительны: в конце 1834 года выходит в свет «История Пугачевского бунта», на издание которой император предоставил 20 000 рублей и которую намерен был учесть при разработке своей политики в крестьянском вопросе; летом 1835 года Николай I дает Пушкину, занятому историей Петра I, ссуду в 30 000 рублей; в январе 1836 года разрешает издание пушкинского журнала «Современник», первые три номера которого вышли в свет в апреле, июле и начале октября (то есть за месяц до появления «диплома») 1836 года, и, несмотря на то, что журнал назывался «литературным», на его страницах было немало «политического».

Исследование многостороннего сближения Поэта с царем в течение 1830-х годов опубликовал недавно один из виднейших наших пушкиноведов Н. Н. Скатов («Наш современник». 1998. № 11-12). В другой статье Николай Николаевич справедливо писал о неизбежности противоборства Пушкина и «лагеря» Нессельроде: «Если можно говорить (а это показали все дальнейшие события) об антирусской политике „австрийского министра русских иностранных дел“ (таково было ходячее ироническое „определение“ Нессельроде. – В. К.), то ее объектом так или иначе, рано или поздно, но неизбежно должен был стать главная опора русской национальной жизни – Пушкин» («Труд». 1998, 21 августа. – Выделено Н. Н. Скатовым).

В связи с этим в высшей степени существенны суждения германского дипломата князя Гогенлоэ. Ко времени гибели Поэта он уже двенадцать лет пробыл в России, женился на русской женщине, хорошо знал и высоко ценил русскую культуру. Не менее важно, что он, во-первых, видел ситуацию, так сказать, со стороны, объективно, а во-вторых, мог выразить свой взгляд свободно, не опасаясь каких-либо «неприятностей». И 21 февраля 1837 года он писал, что о Поэте по-настоящему скорбит «чисто русская партия, к которой принадлежал Пушкин» и которой противостоит значительная часть аристократии.

Учитывая все это, есть достаточные основания согласиться с выводом Д. Д. Благого, что пресловутый «диплом», который, по его убеждению, был задуман в салоне графини Нессельроде, преследовал цель вовлечь Пушкина «в прямое столкновение с царем,[41] которое при хорошо всем известном пылком нраве поэта, могло бы привести к тягчайшим для него последствиям» – и в самом деле привело… Много лет близко наблюдавший графиню Нессельроде М. А. Корф (тот самый, который был однокашником Поэта в Лицее), отметил: «вражда ее была ужасна и опасна…»

Необходимо осознать, в частности, что конфликт с императором, независимо от его причины, никак не умещался в границы «семейной драмы» (в отличие от конфликта с Дантесом).

Хотя подтверждений решающей роли «салона Нессельроде» в появлении «диплома» не так уж много, несколько исследователей убежденно признавали эту роль, Д. Д. Благой не был здесь первооткрывателем. В 1928 году П. Е. Щеголев отметил, что «слишком близка была прикосновенность супруги министра к дуэльному делу». В 1938-м Г. И. Чулков, автор книг не только о Пушкине, но и о российских императорах, писал: «В салоне М. Д. Нессельроде… не допускали мысли о праве на самостоятельную политическую роль русского народа… ненавидели Пушкина, потому что угадывали в нем национальную силу, совершенно чуждую им по духу…» В 1956 году И. Л. Андронников утверждал: «Ненависть графини Нессельроде к Пушкину была безмерна… Современники заподозрили в ней сочинительницу анонимного „диплома“… Почти нет сомнений, что она – вдохновительница этого подлого документа».

Не исключено такое возражение: перед нами, мол, утверждения представителей послереволюционного, советского литературоведения с характерной политизированностью и идеологизированностью. Однако выдающийся поэт и один из наиболее глубоких пушкиноведов Владислав Ходасевич в 1925 году опубликовал в эмигрантской газете небольшое сочинение под названием «Графиня Нессельроде и Пушкин», в котором с полной убежденностью говорится о графине как заказчице «диплома».

Как уже сказано, причастность Геккерна – несмотря на всю его близость к чете Нессельроде – к «диплому» представляется весьма сомнительной. Гораздо более достоверна версия Г. В. Чичерина, хотя излагающее ее письмо к П. Е. Щеголеву, опубликованное двадцать с лишним лет назад,[42] не нашло должного внимания пушкиноведов (по-видимому, в связи с господством чисто «семейного» толкования событий).

Необходимо иметь в виду, что Г. В. Чичерин, известный как нарком иностранных дел в 1918-1930 годах, во-первых, принадлежал к роду, давшему целый ряд видных дипломатов, хорошо осведомленных о том, что делалось в Министерстве иностранных дел при Нессельроде, во-вторых, его дед и другие родственники лично знали Пушкина, а его тетя, А. Н. Чичерина, была женой сына Д. Л. Нарышкина, о котором и говорилось в «дипломе»… И Г. В. Чичерин, надо думать, опирался на богатые семейные предания. В письме Чичерина от 18 октября 1927 года как о само собой разумеющемся говорится о том, что инициатором «диплома» была графиня Нессельроде, но составил его по ее указанию вовсе не Геккерн, а Ф. И. Брунов (или, иначе, Бруннов) – чиновник Министерства иностранных дел. Примечательно, что в 1823-1824 годах он служил вместе с Пушкиным в Одессе и вызвал негодование Поэта своим пресмыкательством перед вышестоящими. А в 1830-х годах Брунов стал «чиновником по особым поручениям» при Нессельроде и в 1840 году получил за свои заслуги (или услуги?) престижный пост посла в Лондоне.

В своем неотправленном письме к графу Нессельроде от 21 ноября 1836 года Пушкин сказал о «дипломе» (он назван «анонимным письмом») следующее: «По виду бумаги, по слогу письма, по тому, как оно было составлено, я с первой же минуты понял, что оно исходит от иностранца, от человека высшего общества, от дипломата». Это характеристика барона Геккерна, но она полностью применима к графу Брунову, который родился и до двадцати одного года жил в Германии.

Конечно, вопрос о роли Брунова нуждается в специальном исследовании, но по меньшей мере странно, что в течение долгого времени никто не занялся таким исследованием.

Предложенное выше истолкование событий 4 ноября 1836 года – 27 января 1837 года, разумеется, можно оспаривать. Но, как представляется, невозможно спорить с тем, что гибель поэта имела не только «семейную», но и непосредственно историческую подоплеку, хотя в большинстве новейших сочинений это, в сущности, игнорируется.

Из приведенных выше свидетельств В. А. Соллогуба, Е. Н. Вревской, самого Николая I, а также письма Пушкина к Канкрину, намеков в сочинениях П. А. Вяземского и т.д. с достаточной ясностью следует, что суть дела заключалась в коллизии Поэт – царь, исходным пунктом которой явился «диплом», к тому же упавший на почву пушкинских «подозрений».

Сам же «диплом» был составлен опять-таки не ради личных интересов кого-либо, а с целью рассорить Поэта с императором, ибо имели место обоснованные опасения, что Пушкин может обрести существеннейшее воздействие на его политику. Это, разумеется, отнюдь не означает, что в салоне Нессельроде была запланирована состоявшаяся 27 января дуэль; но именно «диплом» явился «пусковым механизмом» тех мучительных переживаний и событий, которые в конечном счете привели к этой дуэли.

Наконец, свидетельства императора Александра II, П. П. Вяземского и – впоследствии – опиравшегося на семейные предания Г. В. Чичерина, а также резкое письмо Пушкина к Нессельроде (совершенно безосновательно публикуемое как письмо к Бенкендорфу), недвусмысленно говорят о том, что «диплом» исходил из салона Нессельроде, а салон этот тогда – во второй половине 1830-х годов – был, по определению М. А. Корфа, «неоспоримо первый в С.—Петербурге» и играл очень весомую политическую роль. И, едва ли уместно, видеть в фабрикации «диплома» сведение каких-либо личных счетов. Дело шло о борьбе на исторической сцене, и гибель Пушкина – подлинно историческая трагедия. Напомню его строки:

[...]

Нельзя отрицать, что историческая трагедия имела вид семейной, и именно так воспринимало и продолжает воспринимать ее преобладающее большинство людей. Но под треугольником Наталья Николаевна – Пушкин – Дантес (вкупе с его так называемым «отцом») скрывается (если взять ту же геометрическую фигуру) совсем иной треугольник: Николай I – Пушкин – влиятельнейший политический салон Нессельроде (и, в конечном счете, сам министр). Гибель Поэта в этой коллизии была в полном смысле слова исторической трагедией…

Необходимо сказать о еще одной стороне дела, которая при верном ее освещении даст дополнительные аргументы в пользу изложенного представления о происшедшем. Как известно, немало близких Поэту людей – Вяземские, Карамзины, Россеты и другие достаточно резко осуждали его поведение накануне дуэли, ибо полагали, что оно обусловлено чрезмерной и к тому же не имевшей серьезных оснований ревностью к Дантесу.

И надо прямо сказать (хотя, конечно, многим трудно будет согласиться с моим утверждением), что эти люди были, со своей точки зрения, в той или иной мере правы… Поскольку им представлялось, что Поэтом движет прежде всего или даже исключительно ревность к Дантесу, их упреки понятны и по-своему справедливы…

Вечер 24 января – то есть уже после беседы с императором и всего за два дня до дуэли – Пушкин провел в доме женатого на дочери Карамзина Екатерине Николаевне князя П. И. Мещерского, где присутствовали тогда Вяземский, другая дочь историка – Софья и другие, в том числе и Дантес с женой. Софья Карамзина написала об этом вечере своему брату Андрею: «Пушкин скрежещет зубами и принимает свое выражение тигра… В общем все это очень странно, и дядюшка Вяземский утверждает, что закрывает свое лицо и отвращает его от дома Пушкиных».

Примечательно, что Софья Николаевна сочла происходящее «очень странным», то есть не объясняемым известными ей фактами, как бы догадываясь, что имеет место не только пресловутая «ревность», хотя вообще-то окружающие в конечном счете сводили все к ней.

Еще более существенно, что на следующий день Поэт явно попытался убедить своих друзей в отсутствии этой самой ревности. 25 января вечером он был у Вяземских, и опять там присутствовали Дантес с женой… Правда, не было самого хозяина: он уехал на бал к Мятлевым, осуществляя, возможно, свое обещание «отвратить лицо» от Пушкиных. Но позднее и жена, и сын Вяземского вспоминали, что Поэт сказал им о Дантесе: «… с этим молодым человеком мои счеты кончены», то есть дело вовсе не в ревности к пошлому юнцу, а в чем-то ином…

[...]

Нередко утверждают (особенно авторы «ахматовского» направления), что Александр Сергеевич был при императорском дворе только ради желавшей блистать на балах Натальи Николаевны.[43] Однако Поэт высоко ценил возможность влиять на верховную власть; так, после «долгого разговора» с братом царя, великим князем Михаилом Павловичем, он записал в дневнике: «Я успел высказать ему многое. Дай Бог, чтобы слова мои произвели хоть каплю добра».

[...]

Сказать обо всем этом в книге о Тютчеве поистине необходимо, ибо Нессельроде был, как мы еще увидим, и его главным врагом. «Связь» Тютчева и Пушкина со всей определенностью выразилась и в этом… Более того, и непосредственные «исполнители» убийства Пушкина – Геккерн и его «приемный сын» Дантес – были достаточно хорошо известны Тютчеву. Ведь изгнанный в 1837 году из России Геккерн через пять лет сумел стать голландским послом в Вене и сыграл свою роль в подготовке того отвратительного предательства, которое совершила Австрия по отношению к своей давней союзнице России во время Крымской войны. Что же касается выученика Геккерна, Дантеса, он был позднее доверенным лицом Луи-Наполеона – одного из главных организаторов Крымской войны; за свои «заслуги» Дантес был возведен в сан сенатора Франции. Словом, главные враги Пушкина были в стане главных врагов Тютчева. Поэтому история гибели Пушкина имеет самое прямое отношение к Тютчеву. Через пятнадцать лет после гибели Пушкина благонамеренный Карл Пфеффель, брат второй жены Тютчева, сообщит ей о Нессельроде, – в то время уже канцлере: «Канцлер рассматривает возможно слишком пылкие речи, произносимые Тютчевым в салонах на злободневные политические темы как враждебные ему выступления. Считаю своим долгом вас об этом предупредить, чтобы вы убедили Тютчева утихомириться».

Тютчев, однако, не утихомирился. Через два года он писал о Нессельроде: «Вот какие люди управляют судьбами России!.. Нет, право, если только не предположить, что Бог на небесах насмехается над человечеством… невозможно не предощутить переворота, который, как метлой, сметет всю эту ветошь… Лет тридцать тому назад барон Штейн44, человек, наиболее ненавидевший… Нессельроде и ему подобных, встретившись с нашим теперешним канцлером на каком-то конгрессе, писал про Нессельроде… в своих письмах: «Это самый жалкий негодяй, какого я когда-либо видел».

Мы знаем, что Тютчев, который не встретился лично с Пушкиным, стал позднее близким другим пушкинских друзей – Жуковского, Чаадаева, Вяземского. Но столь же важно знать, что у Пушкина и Тютчева были общие враги...





Кн. А. М. Горчаков рассказывал: «Знаете одну из особенностей моей деятельности, как дипломата? Я первый в своих депешах стал употреблять выражение – Государь и Россия”. До меня не существовало для Европы другого понятия, по отношению к нашему отечеству, как только: “император”. Граф Нессельроде даже прямо мне говорил с укоризной, для чего я это так делаю? “Мы знаем только одного царя, говорил мой предместник, нам нет дела до России”».

Граф Нессельроде, занимая самый высокий пост канцлера российской империи, ни слова не знал по-русски и знать не хотел. Не знали, также, Поццо ди Борго, русский представитель на Венском конгрессе, и многие другие высокие чиновники русской службы. Кн. Адам Чарторыйский, ненавидевший Россию, по его собственным словам настолько, что отворачивал лицо при встрече с русскими, сделан был руководителем внешней политики России.

В какой другой стране возможно такое?

При Александре I одного русского выслали из Петербурга за проявление русского патриотизма. При Александре II по такому же поводу выслан был И. С. Аксаков.
9:36p
Обратка
Originally posted by rms1 at Обратка

Вот к примеру отбуцкали наши фанаты британских - все как бы понимают, что бриты сами того долго добивались, создавали имидж, при любой возможности лупастили кого послабее, песни задорные вопили когда добрые люди спят, ну вот и докричались. Русские, согласен, не футбол приехали смотреть, а именно что "британских фанатов" отмутузить, потому в фанатской среде это "круто" считается. Оно конечно против законов и правил, но всё же никто не говорит что сами британцы безвинные овечки, хоть и побежали чуть что к мамочке плакаться. Бриты создали эту культуру, долго её продвигали, теперь вот результат, один даже преставился, у русских потерь нет.

Опять же и педерасты - вели бы себя потише, не устаревали бы парадов, не вопили на всех углах о своих "правах", не навязывали людям всеми возможными способами своего понятия "брака" и вообще образа жизни, пехтерилислсь бы себе в задний проход как это у них от века положено вместо того чтобы истошно вопить о радостях этого дела и своей гордости от таковых своих действий на всех углах - глядишь и были бы 49 флоридских педерастов сейчас живы. Так что те кто педерастам такое паблисти создаёт не меньше мохнатого дикаря виноваты, да только педерастов им совсем не жалко, а в мутной воде рыбка всегда кошерна. А всё же были бы люди живы.





По уму, 49 флоридских педерастов следует канонизировать не в модальности невинно умученных мучеников, а как героев-бойцов педерастического фронта -- примерно как 26 бакинских комиссаров расстрелянных антантой. С постановкой им памятника. Чтобы уменьшить расходы, можно импортировать из экс-СССР памятник революционным матросам и чуть-чуть дошлифовать. (Импортировать лучше с Украины -- дешевле выйдет, там сейчас распродажа, а на памятники особенная скидка).

<< Previous Day 2016/06/14
[Calendar]
Next Day >>
About LiveJournal.com