November 7th, 2017

kluven

(no subject)




Наталья Холмогорова написала текст про «Русский Марш».

С критической частью всё как бы sad but true, но вот конструктив вызывает вопросы.

Дело в том, что многие пункты наташиной программы уже исполнены. Например: «попрощаться со старыми лидерами, провалившими все, что только можно». Это благое пожелание выполнили россиянские власти, почти всех этих лидеров посадив в тюрьму. В частности, сидят организаторы Русского Марша – Белов и Дёмушкин. Некоторые не сидят потому, что эмигрировали – как Константинов, например. На свободе и в России остались считанные единицы, так что можно сказать, что наташино требование выполнено в полном объёме.

Что касается «критического рассмотрения и испытания всего», с этим тоже всё в порядке. Немало людей критически рассмотрела русский национализм и от него отреклась. Некоторые не отреклись на словах, но стали такими суровыми критиками, что, пожалуй, либералам фору дадут. Впрочем, если хочется корректного пересмотра аксиом, и он есть – см. хотя бы книги Сергеева, а ведь это не единственное.

Особенно хорош совет «ставить достижимые цели». Если бы Холмогорова привела список этих достижимых целей, было бы совсем классно. Однако, как выяснилось, даже такая достижимая цель, как стать муниципальным депутатам, достижима для либералов, но не для националистов. И не потому, что они плохо работали и людей не сподвигли (поговорите на эту тему, скажем, с Красковым). А по каким-то другим причинам, чрезвычайно загадочным. Правда, есть возможность заниматься делами неполитическими – тут успеха достичь можно (как у Ростислава Антонова с ГП). Странно, что Наталья его не упомянула хотя бы в качестве позитивного примера.

Но, повторяю, наташина конструктивная программа выполняется. И что, привело всё это к новому подъёму? Нет. Ни новых лидеров не появилось, ни новых идей и подходов. Единственное исключение – Егор Просвирнин, который действительно создал нечто новое: массовый читаемый националистический ресурс. Вот как раз «не ориентированный на субкультурщину». Правда, его идеология – как раз вполне узнаваемый русский национализм национально-демократического извода. Однако что случилось с этим проектом? Государствишко его хрусь – и пополам. Не, ну «пока боремся», но вообще-то - - -

Чего-то в добрых и честных наташиных рассуждениях недостаёт, ага-ага. А так - - -

Русский Марш: два шага назад
http://politconservatism.ru/blogs/russkij-marsh-dva-shaga-nazad






Между тем, диагноз банален донельзя:

Для всякого долгосрочного и крупного политического и общественного движения нужны три вещи: деньги, деньги и деньги.
Ну, или эквивалентные ресурсы.
Иными словами, нужен платёжеспособный (ресурсообладающий) генеральный заказчик.
Т.е. общественный слой или хотя бы группа людей желающих из вторых стать первыми (или из третьих полуторными), и ради такой амбиции инвестирующая в инструмент своего социального подьёма -- например национализм.

В России такого слоя нет.
Нет вообще, шаром покати: zip nada zilch.

Обыкновенно таковым слоем является национальная буржуазия (или, как в совреспубликах рубежа 1990 г., желающие стать нац. буржуазией), но в России её нет, а те крохи, в которых её можно усматривать, совершенно не обладают слоевой амбицией социального подъёма и передела власти и собственности в свою пользу.

Если бы станционарная буржуазия в России имелась и обладала политическими и социальными амбициями, то дальше уже можно было бы рядить о том, избрала бы она в качестве своего инструмента (или одного из инструментов) национализм или предпочла бы инаковый инструментарий. Но поскольку её нет, то нет и предмета для обсуждения.

Не обладают амбициями подъёма и силовики. Они, при желании, могли бы попытаться раскассировать и поделить собственность, власть и кормушки "системных либералов" и "неправославных предпринимателей" -- но не имеют к тому амбиций.

В условиях же отсутствия генерального социального заказчика национализм (равно же и любое иное политическое движение) не может не быть симулякром -- социальным предложением не нашедшим спроса.

Никакая "перезагрузка русского национализма" поэтому не в силах изменить ситуацию, т.к. перестановка стульев в националистическом клубе неспособна породить платёжеспособный социальный макрослой с амбициями немножко убить вышесидящих и переделить в свою пользу их собственность и место в социальной пирамиде.

* * *

В качестве поучительной иллюстративной истории:

Количество сторонников на всю Россию, которое смог набрать Ленин собирая пражскую конференцию в 1912 году, составляло не больше 420 человек: на конференции присутствовало 14 делегатов, с 30 местными голосами представляемыми каждым. Действительность была даже ещё менее радужной, т.к. на деле некоторые из делегатов выбирались 8-10 голосами, а для других посылающие их организации и собрания оных фальсифицировались. Тем не менее в 1912-1914 году большевистская группировка смогла достичь в России резкого роста. Каким образом? Потому что у Ленина были деньги (оставшиеся от эксов, грабежа Морозова и Шмидта, сборов и из других источников), и он смог, опираясь на эти средства, организовать издание единственной в России ежедневной с.-д. газеты, с тиражом в десятки тысяч. По тем временам это было решающим: Ленин смог "захватить СМИ", тогдашний "телевизор".

У меньшевиков денег не было, и они не могли издавать ежедневную газету, тем более выходящую массовым тиражом. Меньшевики были вынуждены ограничиваться нерегулярными выпусками мелкотиражек, поэтому произвести сравнимую мобилизацию масс и структурообразование они были не в состоянии. (Когда же позднее м-ки наладили выпуск "Луча", было уже поздно: вся поляна новобранцев оказалась прозомбированной и контролируемой конкурентами. Читавшие "Правду" малоквалифицированные, малообразованные и молодые рабочие считали, что "Луч" -- это газета "предателей пролетариата", и отказывались в неё даже заглядывать.)

Как, на этом фоне, выглядит положение русских националистов?

Журнал "Вопросы национализма" -- единственный (что важно подчеркнуть уже само по себе) русский националистический журнал академического качества закрывается, потому что не может найти средств требуемых на технический выпуск в размере (барабанная дробь) $2500 на номер.

К. Крылов, являющийся не только ведущим националистическим интеллектуалом и публицистом, но и национальным культурным достоянием, вынужден распродавать вещи из дома. (Надеюсь, он не слишком осердится на меня за раскрытие этой личной детали.)

И в подобной нищете движение обретается все 25 лет его существования.

Проект мониторинга русофобии никогда не имел шанса, т.к. нужны не только постоянные люди и их долгосрочное время, но и платный доступ к базам публикаций.

Правозащитная деятельность, где необходима оплата адвокатов, разъездов, поддержка тех, на кого нападают, не имела значимых шансов тем более.

Не только сами проекты не были возможны, но они не были возможны также в качестве полюсов, вокруг которых может образовываться структура. Сохраняющаяся, воспроизводящаяся, обязывающая структура не может жить на одном энтузиазме, без денег.

Урывочные меценаты, которые профинансировали "СиП" (мне не кажется, что он существует исключительно на средства от подписки, хотя я возможно ошибаюсь), или выпуск первых номеров ВН, или сделали возможной кустарную деятельность Н. Холмогоровой, являют исключение, которое однако лишь подтверждает правило.

* * *

Второй аспект: канонически национализм рождается как соединение (альянс) национальной буржуазии и националистической интеллигенции.

С буржуазией мы разобрались, посмотрим теперь, как у русских обстоит дело с националистической интеллигенцией.

В ВУЗах РФ насчитывается более 300 тыс. чел. штатного профессорско-преподавательского персонала.
Из них остепенённых -- 200 тыс.
Профессоров и доцентов -- 130 тыс.

Это всего лишь один сегмент людей, профессиональный навык и занятие которых -- работать с мыслью и словом.

Какое же количество русских националистических публицистов и авторов, во время глубочайшего-то и острейшего национального кризиса, выдвинул этот обширный профессорско-преподавательский персонал ВУЗов?

Мне на память навсидку приходят лишь С. Сергеев, В. Соловей, О. Неменский и С. Волков.
Наверняка я кого-то пропустил, а про других не знаю место их службы, в академии или на иных хлебах, так что ещё нескольких человек скорее всего можно насчитать, в сумме может быть выйдет даже десяток.
Из 300 тыс.

При этом злобная власть никак не является решающим фактором. Страх за карьеру или бизнес -- понятен и естественен, но писать, на худой конец, всегда можно под псевдонимом или тщательно выбирая слова, а деньги передавать инкогнито в чемоданчике, не создавая угрозы для родимого бизнеса.

САМИ НЕ ХОТЯТ.
НЕ НУЖНО.

Вот и весь сказ.

Резюме: тем, кому эмоционально дороги русский национализм и русские национальные чувства, следует готовиться к диаспорической модели существования.

Это не значит, что наличная ситуация навсегда, но значит, что современная конфигурация общества на содержит в себе возможностей для её изменения.

Если какие-либо изменения вообще и возможны, то лишь связанные с межпоколенческими изменениями. Это не означает, что в будущем поколении такое изменение произойдет (скорее нет, чем да), но означает, что в нынешнем поколении оно не произойдёт заведомо.
kluven

Они все еще здесь

Фото Sputnik & Pogrom.




7 ноября 1917 года Россия окончательно сорвала продранный европейский костюм, встала на четвереньки и начала лаять. Я согласен с теми, кто говорит, что начало разрушению государства и общества было положено в феврале 1917 года, что без февральского переворота был невозможен Октябрь. И, признавая, что режим того же Керенского был в 10 раз хуже Российской Империи, я не могу не признать, что свергнувшие его большевики были в 10 раз хуже Керенского и всех прочих заговорщиков, внезапно оказавшихся у руля великой европейской державы.

Но главное даже не это. Главное, что наш народ был мудр и добр до самого конца России. Сторонники большевиков и их азиатской власти любят рассказывать, что «народ поддержал советскую власть», но забывают упомянуть, что под «советской властью» в 1917 году подразумевали не только радикальных религиозных фанатиков коммунистов, но и эсеров, социалистов-революционеров. Если упрощать, то эсеры, также стремясь к построению социализма, считали, что строить социализм следует не революционным, но эволюционным путем. Их идеи были безумны, но они не собирались ломать страну о колено. Более того, в отличие от большевиков, апеллировавших к относительно немногочисленному пролетариату и рассматривавших крестьянство как реакционный класс, эсеры опирались как раз-таки на крестьян, самое многочисленное сословие в России.

Поэтому даже после Октябрьского восстания большевиков эсеры смогли выиграть выборы в Учредительное Собрание. 375 мандатов правых эсеров, лишь 175 мандатов большевиков, и всего лишь 40 мандатов левых эсеров дали выборы в «учредиловку». Осознав, что Всероссийское Учредительное Собрание будет эсеровским, коммунисты его разогнали, уничтожив последний шанс на демократический компромисс, и начали Гражданскую войну, развязав кровавый красный террор против своих политических противников.

Поэтому когда очередной кургинян будет вам рассказывать, что большевики «свергли капиталистов-угнетателей, пообещав крестьянам землю» — не верьте. Свергнув и без того слабого Керенского, далее коммунисты взялись за своих союзников-социалистов. Никаких «капиталистов», «помещиков» и т. п. страшилок там и близко не было. Были, говоря современным языком, порошенки, которых начал вырезать коммунистический батальон «Азов». И при всей нелюбви к порошенкам нельзя не согласиться, что лучше уж это, чем добрая, незамутненная улыбка Саши Музычко (чей типаж будто бы вынырнул из 1917 года).

Сегодня, в день величайшей русской трагедии XX века, я бы хотел напомнить всем нашим читателям, что в 1917 году русский народ на всенародных демократических выборах массово, с огромным перевесом, отверг большевиков. В отличие от немцев, приведших демократическим путем к власти Гитлера, русские в своем последнем на ближайшие 74 года голосовании громко и уверенно выступили против захлестывавших страну тьмы и безумия. Это главное, что вы должны выучить для оппонирования коммунистическим фанатикам: «Русские за вас не голосовали».

Что же касается популярной аргументации, что да, большевики пришли к власти мясницким путем, но зато построили заводы, дома и так далее, то это фарисейство. Во Франции, Германии, Англии, Италии, США, Канаде не было коммунистов — но и там на протяжении XX века массово строились заводы, создавались гигантские армии, реализовывались грандиозные программы социального жилья. Нет никаких оснований полагать, что Российская Империя или Российская Республика вопреки мировому тренду начала бы разрушать заводы, распускать армии и сносить жилье. Обычно в ответ на это возражают, что коммунисты строили индустрию в ускоренном темпе, и без этого мы бы не выиграли Вторую мировую войну, но и это фарисейство, поскольку сама Вторая мировая война была не железной закономерностью, но следствием целого ряда грубейших дипломатических ошибок (в первую очередь — позволения немцам воевать с Францией на один фронт, ситуация, которую Российская Империя успешно предотвратила в Первую мировую войну). Давайте выкормим волка-людоеда у себя во дворе, а затем, когда он максимально окрепнет, будем с ним драться и рассказывать, как мы его героически победили — умалчивая о том, что тварь можно было задавить щенком.

Иначе говоря, нет никаких разумных доводов за советскую власть, но есть масса доводов против. Большевики уничтожили зарождавшиеся русские демократические традиции. Большевики вырезали русскую интеллигенцию, офицерство и предпринимательский класс. Большевики умудрились стереть с лица земли даже традиционную русскую деревню. Большевики сорвали транзит из империи премодерна в национальное государство модерна, подменив нацбилдинг безумным социалистическим экспериментом (который кончился провалом — как и везде в мире, от Уганды до Китая). Большевики заставили русских 70 лет воевать в чужих войнах, по итогам которых даже Киев стал иностранным городом, возвращение его — безумная мечта. Даже создателя советской гордости — космической программы, гения Королева большевики упекли в ГУЛАГ, где ему на допросах сломали нижнюю челюсть. Тот, кто запустил первого человека в космос, сделал это после унизительных пыток, потеряв многие годы плодотворной научной работы на унижения и издевательства. И даже Вторую мировую большевики выиграли лишь после фантастических, немыслимых поражений 1941 года, разрушивших страну, обескровивших народ, заставивших соперничать с США с позиции полуживого калеки с почти полностью уничтоженной европейской частью страны.

Большевики украли у русских наш русский XX век, век, в котором Россия должна была стать… нет, не второй — первой Америкой. А вместо этого стала Камбоджей.

Точно так же немецкий XX век украли нацисты, превратившие мощнейшую индустриальную державу Европы в два обмылка, разбомбленных до состояний лунного ландшафта. Точно так же революционеры украли китайский XX век, погрузив динамично развивающееся государство в хаос и безумие (китайская гражданская началась в 1911-м и закончилась лишь в 1949-м).

Три великие континентальные державы, предназначенные властвовать над Евразией — и одна и та же судьба: левые фанатики, хаос, разруха и, после недолгого взлета, падение в пропасть, во второй-третий эшелон. Можно возразить, что Китай поднимается, Германия поднимается, но где были бы сейчас китайцы без гражданской войны и «культурной революции»? Где были бы сейчас немцы без опустошения нацизма, раздела и оккупации? Где были бы сейчас русские, избежавшие ига большевиков, самого страшного из всех (германская аристократия прошла через все испытания, последний император Китая был торжественно принят в комсомол, и только русская элита была вырезана подчистую)?

Мы должны были править Царьградом и Манчжурией, образуя единый геополитический блок с Французской империей и гигантской Югославией, выстраивая Евросоюз вокруг мощных и самостоятельных славянских государств, собирая Европу вокруг Санкт-Петербурга, Москвы, Киева, Варшавы, Белграда, Праги, Афин и Константинополя, а не вокруг Лондона и Берлина. Наши гении и пророки должны были не томиться в лагерях, терпя побои и унижения, но творить в лучших лабораториях. Наши крестьяне должны были не надрываться в колхозах, но заливать бескрайним потоком Сибирь, Среднюю Азию и север Китая, захватывая новые земли с той же неутолимой жаждой, что и столетиями до этого. Наши рабочие должны были возводить колоссальные фабрики, закладывающиеся на высосанные из наших колоний средства, а не на отнятые у русской деревни последние копейки. Мы должны были стать сильной, свободной и богатой нацией, во главе которой стоит древняя аристократия, новое служилое сословие и национальная интеллигенция, а вместо этого стали умирающим обрубком коммунистической безумии с разваливающейся на глазах экономикой, захлестываемым ордами азиатов из бывших колоний, виновато торгующимся за газ с изъеденным червями куском гниющего мяса, когда-то бывшим центром нашей цивилизации, Киевской Русью.

Мы всё потеряли, и в 1991-м было лишь официально оформлено завершение процесса распила колоссального наследства, собиравшегося русским племенем 1000 лет своей славной истории. И даже если мы завершим строительство русской нации и добудем себе русское национальное государство, отыграв потерянное, восстановив границу по Карпатам, вернув русские знамена над городами, за которые столетиями умирали наши предки, все это будет лишь бледной тенью неслучившегося русского XX века, украденного русского XX века. В XXI веке наши философы должны были мыслить о постгосударственном будущем, о титаническом надгосударственном образовании, объединяющим восточную и центральную Европу вокруг Петербурга — а вместо этого они переругиваются с захватившей Киев чернью и всерьез рассуждают о том, не погибнет ли русский народ от честных выборов.
Хуже того, неосоветский цирк в ДНР и ЛНР четко показывает, что рана 1917 года все еще не залечена, что впрыснутый тогда яд все еще силен, что трагедия не осознана и не пережита — а значит, может повториться. Мы не прошли низшую точку, когда «хуже уже не будет».

И потому должны думать 7 ноября не о давно мертвых большевиках, но об их живых потомках и продолжателях.