February 20th, 2018

kluven

Смерть вождя (сюжет для Тома Клэнси)

https://andronic.livejournal.com/833982.html

Краткое содержание пролога.
Диктатор, правящий страною уже двадцать лет, занемог.
Ближайшее окружение вождя опасается за свое будущее. Мало того, что после исчезновения главного источника власти сложная властная конструкция неизбежно смешается и начнет выстраиваться заново.
Неизбежно также, что после смерти диктатора на него и каких-то людей из его окружение свалят кучу внутри- и внешнеполитических грехов и просто преступлений, накопившихся за долгие годы. С соответствующими последствиями для козлов отпущения.
В этой ситуации крайне важно на момент смерти вождя оказаться во всеоружии.

Один из людей ближнего круга курирует специальное подразделение, фактически частную армию, подбор кадров в которую, а также ее комплектование, финансирование и т.д. замкнуто на него и подчиняется легальному армейскому командованию государства очень условно. Указанное подразделение к моменту происходящих событий несколько лет участвует в реальных боевых действиях в далекой стране, постоянно повышает уровень военной подготовки, имеет опыт городской войны, за годы совместной службы спаяно боевым товариществом.

Один из руководителей легальных силовых структур государства решает, что в случае начала жесткой грызни между наследниками вождя указанное подразделение может представляет срьезную угрозу его интересам.
В связи с этим он организовывает в далекой стране, где подразделение работает, инцидент-подставу на линии разграничения с территорией подконтрольной "друзьями-соперниками". В результате инцидента подразделение теряет существенную часть личного состава убитыми и раненными, и фактически перестает быть реальной боевой силой.

Часть 1.

В Кремле. Диктатору сообшают о случившемся...
kluven

Ольшанский в ФБ

Когда бывает грустно, полезно вспомнить о временах, когда было хуже, намного хуже, - и все же из глубины ада был слышен живой голос.
Как здесь - это кошмарный советский тридцать второй, но среди абсолютной безнадежности массовых убийств, голода и тотального сноса всего прежнего - пишет вдруг этот неизвестный, но обаятельный и веселый поэт.

Быть может, это так и надо
Изменится мой бренный вид
И комсомольская менада
Меня в объятья заключит.
И скажут про меня соседи:
«Он работящ, он парень свой!»
И в визге баб и в гуле меди
Я весь исчезну с головой.
Поверю, жалостно тупея
От чванных окончаний изм,
В убогую теодицею:
Безбожье, ленинизм, марксизм…
А может статься и другое:
Привязанность ко мне храня,
Сосед гражданственной рукою
Донос напишет на меня.
И, преодолевая робость,
Чуть ночь сомкнет свои края,
Ко мне придут содеять обыск
Три торопливых холуя…
От неприглядного разгрома
Посуды, книг, икон, белья,
Пойду я улицей знакомой
К порогу нового жилья
В сопровождении солдата,
Зевающего во весь рот…
И всё любимое когда-то
Сквозь память выступит, как пот.
Я вспомню маму, облик сада,
Где в древнем детстве я играл,
И молвлю, проходя в подвал:
«Быть может, это так и надо».

Владимир Евгеньевич Щировский
1932, Харьков