November 16th, 2020

kluven

(no subject)

Восемь страниц протокола допроса Неймана Бориса Наумовича, бывшего начальника Христиновского Райотдела НКВД, который в 1937-38 годах был прикомандирован в состав Уманской оперативно-следственной группы.

Чётко и спокойно гражданин Нейман доложил следствию о том, что он и его коллеги-чекисты творили в Умани.

https://www.facebook.com/konstantin.boguslavskiy/posts/3404367913016962

«... Вопрос: Установлено, что при проведении приговоров в исполнение, оперсостав, принимавший в этом участие, занимался мародерством, хищением ценностей /денег/ и имущества арестованных /одежды/. Расскажите, что вам известно и кто персонально в этом виноват.

Ответ: По вопросу приведения в исполнение приговоров над приговоренными к расстрелу мне известно следующее:

В Уманской оперследгруппе в 1937 г. приводились в исполнение приговора над осужденными к расстрелу. Порядок привоза осужденных из тюрьмы в Уманское РО НКВД для исполнения приговоров был следующий:

Нач. Уманского РО, он же нач. Межрайследгруппы Борисов, с получением списков из КОУ НКВД осужденных к расстрелу, частично каждый вечер иногда через несколько вечеров давал от себя списки нач. тюрьмы г. Умани Абрамовичу, примерно на 40–50 ч. осужденных к расстрелу, для доставки таковых в РО, обыкновенно к 10 часам вечера.

Осужденные к расстрелу привозились в одну из комнат двора РО. Борисов примерно к 11–12 ч. ночи лично сверял по списку, присланному из КОУ НКВД, сверяя тщательно их фамилии, имя, отчество и другие установочные данные.

После окончательной проверки осужденных к расстрелу им объявлялось, что они идут на этап, а сейчас пройдут пропускник, баню. Таким образом, оперативные сотрудники каждый раз водили по одному в подвальное помещение, где приводились в исполнение приговора.

Приведенный осужденный к расстрелу в подвальное помещение никаким репрессиям не подвергался, а нач. тюрьмы Абрамович предлагал каждому в отдельности сдавать имевшиеся при них деньги, которые ложил к себе в карман плаща, после указанного осужденному предлагали раздеваться до белья, а затем он выводился во вторую комнату подвального помещения, где над ним приводился приговор в исполнение.

Принимая периодически участие в приведении приговоров в исполнение, я понимал, что отбираемые денежные суммы Абрамовичем у осужденных к расстрелу, впоследствии сдаются в фонд государства, а одежда придается земле, как и труп.

Однако, это было далеко не так, в этом я начал убеждаться вот с чего:

1.- В конце сентября или начале ноября 1937 г. будучи на докладе в кабинете Борисова, он при мне вызвал коменданта РО НКВД Карпова /убит в 1938/ и вахтера Кравченко, коих начал ругать за то, что они продают одежду, снимаемую с осужденных после расстрела, на базаре, предупредив их, что если он еще раз об этом узнает, то освободит их от приведения в исполнение приговоров.

2.- 4 или 5 ноября 1937 г. был расстрелян бывш. Нач.Монастырищенского РО НКВД Сабсай, у которого снято пальто реглан зеленое, фасона УГБ, 6 или 7 ноября я видел это пальто на Абрамовиче, причем пояс был такой же ткани, но иного цвета, поскольку у Сабсая, как арестованного, пояса при пальто не было.

3.- В декабре 1937 г. по окончании приведения в исполнение приговоров в здании РО НКВД был потушен свет, Борисов мне приказал взять машину и поехать на электростанцию узнать в чем дело.

Обращаясь к шоферу РО НКВД Зудину поехать со мной по приказанию Борисова на электростанцию, последний мне предложил несколько подождать, поскольку пропадут его запасы, сказал ему вторично зарядить машину и немедленно поехать- он опять, пропадут запасы, когда я спросил у Зудина, что это значит, он мне пояснил, что запасы- это деньги его пропадут, которые сейчас раздает Абрамович, отобранные у осужденных к расстрелу.

4.- В декабре же в группе расстрелянных был расстрелян мой подследственный, учитель кажется из Уманского района, у которого была верхняя или нижняя челюсть золотых зубов, Абрамович по окончании приведения приговора в исполнение вышел в помещение, где лежали расстрелянные, отыскал расстрелянного с золотыми зубами, поднял ему голову и наганом начал выбивать ему зубы и затем нагнув голову расстрелянного зубы высыпал в руку, где держал носовой платок...»

ОГА СБУ. Ф. 5. Д. 38195. Т. 3. Л. 96-103
kluven

(no subject)

You have no enemies, you say?
Alas! my friend, the boast is poor;
He who has mingled in the fray
Of duty, that the brave endure,
Must have made foes! If you have none,
Small is the work that you have done.
You've hit no traitor on the hip,
You've dashed no cup from perjured lip,
You've never turned the wrong to right,
You've been a coward in the fight.




ПЕРЕВОДЫ:

Ты говоришь, что нет врагов?
Увы, мой друг, стыдиться впору!
Тот, кто не терпит дураков
И ради чести лезет в ссору,
Врагов иметь обязан. А тобой
Не сделан труд, предписанный судьбой:

Ты не загнал предателя в терновый куст,
Не выбил кубок из брехливых уст,
Ты правды луч не бросил в лживой тьме,
Ты труса праздновал в борьбе!

* * *

Увы, мой друг, гордиться нечем,
Коль говоришь, нет у тебя врагов.
Но если ты хотя бы речью
За правду постоять готов -
Врагов нажил бы. Если нет,
То зря ты прожил столько лет.
Коль ты предателя не бил,
Не опроверг ни капли лжи
И зло в добро не обратил,
То ты всю жизнь как трус прожил.

* * *

Нет недругов, ты говоришь... Увы!
Ничтожно хвастовство.
Лишь тот достоин похвалы,
Кто против злой, пустой молвы
За дело чести отдал всё.
Противников нет у тебя?
Труды твои бесплодны и скромны дела.
Предатель пули от тебя не ведал
И за одним столом с тобою лжец обедал,
И в правду обернуть не смог ты заблужденье,
И трусом был ты в час сраженья.

* * *

Ты горд, что нет врагов? Увы…
Нет, право, здесь гордиться не чем!
Коль не жалел ты головы и шел опасности навстречу,
Они должны быть у тебя, а нет – что стоит жизнь твоя!
Не ты изменника сразил,
Не ты уста лжецу закрыл.
Ты мир не сможешь изменить.
Легко, должно быть, трусом быть.

* * *

Нет недругов, ты говоришь... Увы!
Ничтожно хвастовство.
Лишь тот достоин похвалы,
Кто против злой, пустой молвы
За дело чести отдал всё.
Противников нет у тебя?
Труды твои бесплодны и скромны дела.
Предатель пули от тебя не ведал
И за одним столом с тобою лжец обедал,
И в правду обернуть не смог ты заблужденье,
И трусом был ты в час сраженья.

* * *

У тебя нет врагов, утверждаешь?..
О, мой друг, хвастовство так ничтожно!
Если храбростью зло побеждаешь,
То прожить без врагов невозможно.

Так, сильнейший в сраженьи не может
С побеждённым друзьями остаться.
Без врагов если век твой был прожит,
Ты не вправе борцом называться.

Так покорно ты спину подставил,
Чтоб вонзился предательский нож;
И ни разу ты цели не ставил,
Превратить чтобы в истину ложь.

И ни разу не выбил ты кубка
Из презренных, предательских губ…
Не найти оправданья поступку!
Ты был трусом в борьбе, ты был глуп.

* * *

"Нет у меня врагов", - ты говоришь?
Ты зря гордишься этим. У того
Кто честью призван был бороться в жизни,
Врагов должно быть много. Если нет их -
Ты мало, значит, в жизни совершил.
Ты никогда мерзавца не ударил,
Позволил подлецу живиться ложью,
Ни разу не противился ты злу,
не защищал добра - ты трусом был!

* * *

Ты говоришь, нет у тебя врагов?
Увы, мой друг,
Тут хвастать нечем..
Коль ищешь тёмных ты углов,
Когда борьба идёт навстречу.

Коль незнакомо слово "долг"
Каков же выйдет с тебя толк?

За храбрым мчит соперник вслед,
Их схватка ждёт - а если нет!
То для тебя один ответ...
Твоих не счесть бесплодных лет:

Всё для тебя едино, всё похоже
"Ты не давал противнику по роже"
Не жаждал правды ты и не сражался с ложью
Ты не смотрел предателю в лицо,
И не стоял стеной за друга своего,
Всего лишь трус ты - боле ничего.

* * *

Нет у тебя врагов, мой друг?
Увы! Хвалиться нечем тут;
Те, кто, не покладая рук,
За честь и долг борьбу ведут,
Не могут быть угодны всем.
Бездельник ты, иль слеп, иль нем,
Коль недругов нажить не смог.
Предателя не бил ты в бок,
Ты кубок сладкого вина
Злодею дал допить до дна,
Ты в правду ложь не обратил,
Труслив и робок в драке был.