December 22nd, 2020

kluven

СПРАШИВАЮТ: ПОЧЕМУ ПО КАЗУСУ НАВАЛЬНОГО НЕ ЗАВОДИТСЯ УГОЛОВНОЕ ДЕЛО.


Выскажу очевидные соображения:

1. Сугубо в процедурном аспекте, дело заводится не произвольно, а в тех случаях, когда есть основания для его заведения. Проведённая доследственная проверка не обнаружила таких оснований.

2.Дело также может не заводиться в тех случаях, когда это не считается желательным по деликатным государственным соображениям.

Скажем, британские партнёры инсценировали отравление Навального. "Инсценировали" -- не означает, что реквизит не был употреблён, а как раз что он вполне возможно был употреблён, но не пресловутый "новичок", конечно, а более деликатные вещества (см. ниже). Нельзя, конечно, также исключать, что никакого отравления не было, а британские партнёры использовали счастливо сам-собой случившийся приступ алкогольного панкреатита, однако максима "мы не можем ждать милостей от природы" указывает на определённую возможность неожидания. Впрочем, и раздвоения здесь нет: разве в Британии не существует веществ провоцирующих приступ алкогольного панкреатита, хотя бы и выглядящего чуть странно и слегка озадачивающего медикусов?

Интерес немецких и российских партнёров может состоять в том, чтобы, воспользовавшись игрой британских партнёров, вывести британский актив из игры, что на настоящий момент и достигнуто: Н. не только находится под фактическим домашним арестом в Германии, но перестал быть употребимой фигурой во внутрироссийской политике и на долгосрочное будущее. В качестве клоуна он выступать ещё может, а претендовать на вхождение во власть или тем более становление фигурой №1 -- больше нет.

Параллельно британским и немецким интересам существуют, разумеется, и интересы российских групп сонаправленных тем и другим, и их взаимная ассоциированность. Правительство её величества может желать прихода к власти в России одной группировки (напр. олицетворяемой лучшим министром финансов всех времён и народов), а правительство фрау канцелярин -- оставления власти за другой группировкой (напр. олицетворяемой другом Вольдемаром и его ожидаемым преемником), и у самих этих группировок также есть на этот счёт предпочтения. Вот на скрещение этих деликатных разногласий и попал наш незадачливый герой.

Для решения же этих деликатных задач могут употребляться вещества гораздо более интересные, чем пресловутый "новичок". Если никакой масс-спектрометр не в силах уловить успехи западной фармацевтической промышленности в крови посланников спорта западных стран, то что же говорить о __по-настоящему__ интересных веществах?
kluven

* * *


СПРАШИВАЮТ: «вы верите, что офицер или сотрудник спецслужбы будет давать ответы на какие-то "секретные" вопросы хрен пойми кому по телефону?»

ОТВЕТ: Почему нет? Если руководство инструктировало сотрудника отвечать именно так, с указанием "только не подавать виду" (в частности, не подавать виду, что он узнал голос предмета своего многолетнего обожания) и "ни в коем случае не смеяться"?

Важны итоги, а они таковы:

1) Н. убран из РФ, посажен под фактический домашний арест за границей и демотивирован возвращаться. Если в России произойдут какие-либо интересные события, Н. не сможет возмущать их деликатного течения своим физическим присутствием.

Результат (1) был достигнут в сентябре, но имел "срок истечения", а теперь закреплён.

2) Н. превращён из фигуры, которую некоторые внутрироссийские группы (благодаря которым мы вообще и знаем о существовании Н.) могли двигать в своих интересах, в клоуна, для употребления в неклоунской роли более не годящегося -- уже никогда.

Результат (2) достигнут сейчас -- и уже навсегда.

Ради достижения подобных итогов (выбивания инструментального актива из рук определённой внутривластной группировки РФ, напр. олицетворяемой лучшим министром финансов всех времён и народов, и из рук её английских партнёров) -- почему не проинструктировать сотрудника говорить по телефону какие-то фразы, которые к этим итогам привели бы?

Забавнее в этой перспективе напрашивающийся другой вывод: нужные звонки тов. Навальному подсказали сделать некоторые окружающие его друзья или друзья друзей. Такова диалектическая сложность мироздания.