Sergey Oboguev (oboguev) wrote,
Sergey Oboguev
oboguev

Categories:

стратегия рейгановской администрации по военной победе в войне против СССР

в интерпретации Виталия Шлыкова:
Благодаря стратегии «ранней победы», США получали возможность диктовать по своему усмотрению любую продолжительность обычной войны. Грубо такой конфликт можно было бы представить себе следующим образом. В начале войны США благодаря превосходству в ВТО [высокотехнологичном, высокоточном оружии] «выбивают» обычные советские наступательные средства (танки, самолеты, вертолеты, корабли), не трогая, естественно, стратегические ядерные силы СССР, чтобы не спровоцировать ядерный ответ. Затем наступает нечто вроде пата. У СССР нет больше возможности проводить крупномасштабные наступательные боевые действия, но остается огромная армия, способная вести длительные оборонительные бои. У США и их союзников, с другой стороны, нет ни сил, ни желания захватывать территорию противника и ввязываться в изнурительные бои со все еще сильным и многочисленным противником. Затем СССР запускает в ход свои огромные мобилизационные мощности по производству традиционного вооружения и бросает на фронт десятки тысяч новых танков и самолетов, в то время как США отмобилизовывают свои мощности по производству ВТО. Такая война в принципе может длиться с переменным успехом годы и годы. Однако параллельно с увеличением производства ВТО США начинают перестраивать на военные рельсы свою огромную экономику с целью создания подавляющего превосходства в обычных наступательных вооружениях. Как это делается, США убедительно продемонстрировали во время второй мировой войны.

То есть решающим фактором войны становится потенциал всей экономики, а не только военной промышленности.

П.П.: Значит ли это, что американцы делали ставку на новые виды оружия, а мы производили традиционные его виды?

В.Ш.: Совершенно верно. Ключевой вопрос здесь. Вот почему я и говорю, что мобилизационную систему надо было менять. Я доказывал, что в случае войны американцы будут производить не то, что у них на вооружении (как сделали бы мы), а новые системы, которые у них на подходе и которые в ходе войны они досоздадут. Причем технологически они будут приспособлены для производства в гражданском секторе. У американцев гигантская мобилизационная база по новейшим вооружениям, а вовсе не по танкам и артиллерийским орудиям. Вот где крылась самая страшная опасность. И на нее я пытался указать нашим военным — начальнику Генштаба и другим. Но с их стороны не было ни малейшего понимания. Я пытался предотвратить военную катастрофу, а не просто сократить производство танков и пр.

Шлыков продолжает:
Одновременно с мобилизационной перестройкой экономики интенсифицируются работы по программе «Стратегической оборонной инициативы» (СОИ), до завершения работ над которой США не приступают к заключительной наступательной фазе войны во избежание ядерного контрудара СССР. Конечно, СОИ -- сложная и многоцелевая программа (развитие прорывных технологий и т.д.), но для меня она всегда была прежде всего частью стратегии «ранней победы» в длительной войне. Может быть потому, что без СОИ эта стратегия зависала в воздухе. Ведь невозможно было себе представить, что США могут нанести окончательное поражение СССР в обычной войне любой длительности при наличии у последнего огромного ядерного арсенала. Не случайно американцы, расписывая свою «раннюю победу», ничего не говорили о том, как они собираются завершить войну в целом. В отличие от большинства советских, а затем российских исследователей СОИ я с самого начала считал и продолжаю считать эту программу осуществимой. Но с одной оговоркой: осуществимой не в условиях мирного времени, а в условиях мобилизации. К такому выводу я пришел на основе изучения опыта функционирования американской экономики в годы второй мировой войны и особенно Манхэттенского атомного проекта. Не углубляясь в детали, подчеркну только, что в условиях мобилизации американская экономика обнаружила невиданные, почти экспоненциальные темпы развития, фактически профинансировав всю войну за счет экономического роста. Более того, при осуществлении Манхэттенского проекта США продемонстрировали, что в случае крайней необходимости они могут лучше любого Госплана сконцентрировать силы на жизненно важном направлении. Объясняется это прежде всего тем, что в отличие от СССР в США в мирное время лучшие менеджерские и научные силы сконцентрированы именно в гражданском секторе, а отнюдь не в военном, и только в условиях мобилизации они могут поступить в распоряжение государства. Кроме того, в условиях войны на СОИ можно выделять уже не миллиарды или даже не десятки миллиардов, а триллионы долларов.

. . . . .

П.П.: СОИ — это блеф?

В.Ш.: Это не блеф. Блестящая идея — направить военные ресурсы на что-то вдохновляющее, на защиту страны от всяких случайностей. В то же время это новейшие технологии, дают огромный импульс развитию. Говорят, что горбачевская перестройка началась из-за рейгановской программы звездных войн. Это полная нелепость, выдуманная на Западе. На самом деле, у нас это никого не трогало, никому не было интересно, никто не пытался искать реальный ответ. Доказывали, как например А.А. Кокошин, что СОИ — блеф, и никакие звездные войны невозможны. Это аналогично тому, как руководители ВПК доказывали, что крылатые ракеты — это выдумка для того, чтобы втянуть нас в гонку вооружений.

П.П.: Приходилось слышать от ваших коллег, что СОИ — блеф потому, в частности, что американцы вкладывали в ее разработку на порядок меньше средств, чем было необходимо.

В.Ш.: Здесь как раз и проявляется непонимание того, как американцы занимаются укреплением своей обороны. Это ключевое непонимание.

В США существует организация ДАРПА, занимающаяся поиском и финансированием новинок и исследований, потенциально пригодных для оборонных целей. Как только обнаруживается что-то перспективное в этом плане, арсенид галлия, например, ДАРПА берет на эти разработки патенты и совершенно даром внедряет их в гражданское производство. В результате идея начинает приносить плоды в общетехнологическом плане, дожидаясь принятия решения о ее производственной реализации в военном аспекте. Это случается не часто, с вероятностью, возможно, один из ста, но подобный подход полностью себя оправдывает. Потому что для полномасштабного развертывания производства нужно в десятки и сотни раз средств больше, чем на разработку самой идеи. Поэтому, конечно, СОИ для своего развертывания потребовала бы средств не на порядок, а на несколько порядков больше. Но США создавали потенциал, делали задел.

То же самое было с Манхэттенским атомным проектом. Он был разработан только в фундаментальной стадии, но США продемонстрировали, что в случае необходимости они лучше любого Госплана могут сконцентрировать силы на важнейших направлениях. Многие новейшие системы делаются по тому же принципу. Я считаю, что если США на каком-то этапе примут решение развертывать СОИ, то они сконцентрируют такие силы (вплоть до половины своего ВНП), что эта задача будет решена в кратчайшие сроки. Поэтому нельзя просто экстраполировать расходы США мирного времени на эту программу и говорить, что на СОИ потребуется не миллиард долларов, а, скажем, пять триллионов. На этом наши военные и попадаются. У нас такое невозможно, мы всегда все делаем на последнем издыхании. Если у нас не получается, а американцы заведомо тратят меньше, чем мы, то мы считаем, что они блефуют. А это не так. И различие между нами упирается в систему мобилизации. У них она совершенно иная.
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

  • 1 comment