Sergey Oboguev (oboguev) wrote,
Sergey Oboguev
oboguev

Украина начинается с виселицы

Originally posted by unilevel at О лауреатах

Раньше так говорили о Крыме. "В Крыму будет или Украина, или ничего". Украины в Крыму не осталось, однако сам Крым - вот он, живет и здравствует.

Теперь так говорят о Донбассе. "Там будет или Украина, или ничего". Так заявила лауреат нескольких русских литературных премий Елена Стяжкина. Которая в своей речи на конференции TEXd в Киеве использовала превосходную метафору:


"В июне месяце один из небольших шахтных поселков, который не захватила Российская Федерация, был защищен блокпостом украинской армии. Каждую ночь из разных домов этот блокпост обстреливался: то из автоматов, то из минометов. Один из воинов украинских был местным и сказал:«Я решу эту проблему». Он сделал виселицу, поставил её возле блокпоста на площади. Утром местные жители принесли блокпосту кашу, вареники, колбасу и сказали:«Ну хлопці, шо ж ви не сказали, шо ви – влада?» Тот, который был из местных, спросил: «Ребята, убирать будем?» Они посовещались и сказали: «Ні, нехай постоїть, а то забалуємо». Так вот, сначала виселица, а потом школа".


Сначала виселица, потом школа. Это достойно литературной премии, которую госпоже Стяжкиной присудили московские учителя, так надо думать. Эта премия называется "Учительский Белкин". А еще ей дали "Русскую премию". В 2014-м. Один из информационныхх спонсоров - газета "Известия". Надо полагать, дама пишет очень хорошо. Почитаю как-нибудь.

Но пока могу сказать: никто не говорил про Украину - "Там будет или Россия, или ничего". Никто так не говорил. Но по факту получается именно так. Там сейчас нет России (влажные фантазии о войсках РФ оставим г-же Васильевой и г-же Стяжкиной).

Так вот. России там нет.
И там наступает ничего.

С добрым утром, страна. Хорошо там, где ты есть.



Но история, нужно сказать, архетипичная.

Если «нехай постоїть, а то забалуємо» в самом деле было сказано -- то история о вечно-рабском в украинской душе, показательнее и не придумаешь.
Разве только к шибенице еще добавить розги.

Ну, было сказано или нет, и Стяжкина намечтала, мы наверняка знать не можем, но как минимум факт стяжкинского-то мечтательного смакования налицо, и потому как минимум -- налицо история о стяжкинском (т.е. формирующе-украинском) мечтании о вечно-рабском в украинской душе.

Точнее, не рабском, а раболепном. Рабство -- физическое состояние, к которому можно относиться по разному.
Можно желать его сбросить.
А можно как архетипирует Стяжкина: "люди холопского звания сущие псы иногда, чем тяжелей наказания, тем им милей господа".

* * *

У Анны Ахматовой (урожденной Горенко), которая в юности живала в малороссийских деревнях, есть где-то зарисовки сцены. В повет приезжает управляющий; кажется, поляк. И вот древние старухи выстраиваются в очередь, чтобы нагнуться и поцеловать на его руке барский перстень.

Ахматова контрастировала эту сцену рабской поверженности и смирения с образами женщин в великорусских деревнях: высокие, статные бабы надсмеивающиеся над приехавшим управляющим, который пытается прошмыгнуть между них, пока на задразнили и не защипали как гуси.
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

  • 0 comments