Sergey Oboguev (oboguev) wrote,
Sergey Oboguev
oboguev

Categories:

За что боролись...

Originally posted by miguel_kud at За что боролись...

Информационное затишье последних дней вовлекло в поле зрения новый аспект происходящего, на который я, к стыду своему, просто не обращал внимания вплоть до нашумевшей записи Лекспартизана. А ведь он позволяет взглянуть на происходящее с чуть менее чёрным пессимизмом.

Более полугода события в Новороссии и вокруг неё развивались по наихудшему сценарию. В феврале Кремль не дал Добкину и Кернесу создать альтернативное правительство на Юго-востоке, затем крымской операцией помог киевской хунте легитимизироваться и мобилизовать антироссийский потенциал. После этого в течение марта и апреля Кремль пустыми обещаниями подтолкнул Донбасс к восстанию, стратегия которого была изначально рассчитана на помощь России в случае начала откровенной резни (иначе с самого начала надо было вести себя иначе), но палец о палец не ударил для реальной помощи восстанию и расширения его ареала. В мае-июне молодым республикам не было оказано помощи ни материальной, ни технической (специалистами) для налаживания государственности, но Украине бесплатно поставлялись оружие и газ. Выборы Порошенко и нового состава Верховной Рады были признаны легитимными, в то же время референдум 11 мая Путин вообще попытался сорвать, а его итоги демонстративно оставил без внимания и продолжил воевать за единую Украину. В течение второго квартала, пока основная часть Донбасса избегала оккупации и разрушений, пока там сохранялась относительно мирная жизнь, всё ещё не поздно было сохранить работающую экономику, наладить налоговую (может, и денежную) систему. Тогда бы появился самостоятельный Донбасс, живущий своим трудом и своим умом. Но именно в этот период Москва умело торпедировала создание местной администрации, присылая саботажников и пригревая на своих телешоу автохтонных балаболок. На какое-то время свободные территории Донбасса превратились в насквозь простреливаемую зону, на которой было допущено масштабное разрушение инфраструктуры, и даже из малоповреждённого Донецка сбежала большая часть населения.

Неоккупированный Донбасс превратился в чисто военный лагерь на внешнем снабжении, без собственного производства, без возможности выиграть в основном своими силами длительную войну на истощение. Его единственным шансом оставалась быстрая победа в битве на Донце и Кальмиусе, выход за пределы двух областей, быстрое расширение Новороссии и ресурсной базы восстания.

Но и этой опции его лишила новая серия кремлёвского блядства. Находившиеся на передовой отряды Новороссии, больше других сражавшиеся с врагом и имевшие потенциал для превращения в костяк самостоятельной армии, отсекались от нормального снабжения. Скрывшиеся на территории РФ украинские военнослужащие последовательно возвращались в распоряжение киевской хунты, хотя Москва обязана была их интернировать. Вплоть до августовского кризиса у Красного Луча и Миусинска, чуть было не приведшего к полному окружению Донецка и катастрофической цепной реакции с дезинтеграцией Сопротивления, прямая помощь РФ сводились к действиям в приграничной зоне по созданию и нейтрализации Изваринского котла. Ограниченные меры для спасения Новороссии от военного поражения предпринимались, но только так, чтобы у последней не было никаких возможностей принимать и реализовывать самостоятельные стратегические решения. Задействование в приграничной зоне регулярных сил и подчинённых РФ добровольческих формирований, сполна использовавших технику и боеприпасы, имело очевидную обратную сторону: эти техника и боеприпасы не могли достаться дончанам и использоваться ими по своему усмотрению, по решению Минобороны ДНР. Всё это привело к чуть не состоявшейся катастрофе у Красного Луча, после которой российских солдат пришлось задействовать не только в приграничной зоне, но даже в пригородах Донецка.

Смысл этих обходных решений вполне прояснился только сейчас: для Кремля было менее страшно допустить поражение Донбасса и победу Украины (к которой та была довольно близка), чем допустить появление немарионеточной Новороссии, которая способна взять Киев, не спрашивая разрешения Путина. В Киеве достойные партнёры, а эти дончане вообще странного хотят – русскими остаться. Какой абсурд, если куда слаще быть гражданами мира: в Италии виллу купить, держать капиталы в Штатах и дочурок в Голландии!

Последующее развитие событий – принудительное снятие Стрелкова, запрет на наступление после августовского перелома, минское предательство, избавление от авторитетных полевых командиров, имеющих минимально самостоятельное мнение, нелепые выборы для симуляции одобрения кремлёвских кандидатур – всё это ложилось в канву плавного слива Новороссии через сдачу Единой Украине русских Донбасса (которым будет обещано разрешение говорить у себя дома на русском языке) в обмен на снятие санкций для РФ или хотя бы для её элиты. И тут-то Кремль ожидала ловушка.

Во-первых, по всем признакам, никакого снятия санкций, пока путинская кодла в Кремле, не планируется. Судя по всему, Западом окончательно и бесповоротно выбрана линия на свержение путинского режима. И что бы Кремль сейчас ни предпринял, ему в ответ сделают только хуже. Сдаст Новороссию – сам же Запад использует это для смены власти в России, не сдаст – будут давить всё сильнее.

Чуток поразмыслив (дольше, чем чуток, – недопустимая перегрузка), Кремль решил заморозить конфликт в состоянии частичной беременности и тем временем попытаться договориться с Западом, поползать на коленях перед Обамой не в Китае, так в Австралии, авось, смилостивится. Или ещё за год-полтора то ли шах умрёт, то ли ишак сдохнет, Украина и Запад сами рухнут в ноги России. Замысел, конечно, бредовый, но, если кремлины сумели профукать абсолютно победную конфигурацию весны, позволявшую без войны и санкций решить украинскую проблему и восстановить на многие годы вперёд равновесие с Западом, с чего это вдруг они смогут предпринять правильный выбор сейчас, когда ситуация намного хуже, хороших решений вообще нет, а победить, да и элементарно выжить без войны и изоляции невозможно?

Но тут внезапно выяснилось, что даже заморозить конфликт им не дадут. Пока платные пропагандисты и внимавшие им недалёкие гуманитарии вопили про якобы ожидающие Украину голод и холод, которые-де обвалят хунту без усилий со стороны России, на грань того и другого был поставлен Донбасс. Кремлины так долго и усердно работали на уничтожение Новороссии и укрепление Украины, что Донбасс теперь и в самом деле самостоятельно (на свои деньги) не может ни обеспечить выживание оставшегося населения, ни противостоять военной машине Украины, за укрепление которой хунта наконец-то взялась с умом. И если при сложившейся ситуации пустить дело на самотёк, то уже этой зимой по западным телеканалам пойдут репортажи о массовых голодных смертях замерзающих дончан, которых бросила на произвол судьбы путлеровская Эрэфия, а немного погодя Новороссия будет добита ударами укреплённой украинской армии. Война – такая штука, что безынициативность и бездействие одной стороны приводит не к заморозке конфликта, а к победе другой стороны, которая проявляет инициативу и действует.

Хуже того, выяснилось, что и минимальным скрытым вмешательством теперь не отделаешься. Трудоспособное население Донбасса разбежалось кто куда (обстрелы, отсутствие доходов, снабжение, коммунальная сфера). В этих условиях, даже если аврально восстановить разрушенную инфраструктуру, запустить на прежнюю мощность экономику региона, тем более оторванную от украинского и западного рынков, уже невозможно. Военные, стоявшие у колыбели Вооружённых Сил Новороссии, изгнаны, многие рядовые добровольцы с опытом боевых действий тоже уехали.

Получилось так, что банальная заморозка конфликта требует таких затрат материальных, человеческих и организационных ресурсов, к которым в Москве были вообще не готовы. Нужно поставлять в регион бесплатное электричество, бесплатный газ и дешёвые нефтепродукты, выплачивать пенсии и финансировать школы с больницами, срочно помогать стройматериалами и высылать специалистов по восстановлению инфраструктуры, отправлять один за другим гуманитарные конвои с продовольствием, вещами и бытовыми приборами. А для того чтобы сорвать украинское наступление, планировавшееся на конец октября – начало ноября, пришлось демонстративно вводить массы вооружения и «отпускников».

То, как судьба повернулась к Кремлю, как нельзя лучше показывает общий уровень управления и качество принимаемых решений. Если послушать прокремлёвских пропагандистов прошедшего лета, то страшнее всего для Москвы было ввести на Украину войска и кормить восставшие регионы, больше всего она хотела избежать гробов с российскими солдатами. Москва сделала всё, чтобы этого избежать, и в результате получила и одно, и другое, и третье, без каких-либо гарантий победы и с максимальным наказанием от Запада. Закономерный итог!

А что же в этом оптимистичного, да просто хорошего?

Во-первых, хорошо, что Кремль (сам того не желая) взвалил на себя ответственность за судьбу Донбасса. Он так старался поскорее задавить в регионе малейший росток самостоятельного сопротивления, что в итоге ему стало не на кого опереться на месте, некому перепоручить, а местных ресурсов – кот наплакал. Приходится присылать и своих солдат, и снабжать всем необходимым пару миллионов людей, оставшихся без средств к существованию. Конечно, не Бог весть какие деньги, но по семи тощим годам копейка рубль бережёт. Ну да, кремлины и на помощи Донбассу попытаются устроить мегараспилы и украсть побольше денег, однако возможности их будут крайне ограничены. Если же они сдадут Донбасс, то он очень быстро утянет за собой в могилу путинский режим и эрэфянство.

Второй плюс новой конфигурации – тот, что в сложившейся ситуации, худо-бедно, бремя войны наконец-то разделено и на эрэфян – часть населения РФ, поддерживавшую путинскую политику невмешательства. Они будут отдуваться, пусть не наравне с дончанами, но той же валютой – убитыми солдатами (а может, и мирными жителями), крушением жизненных планов и ликвидацией потребительского рая. Эрэфяне заслуженно получат уже сейчас то, чего больше всего боялись и во избежание чего предали русских Донбасса.

Что же до судьбы Донбасса, то опыт подсказывает максимально скептически отнестись к перспективам взятия Кремлём на баланс Донбасса, но иногда случаются и чудеса. Главное изменение состоит в том, что, скорее всего, Донбасс теперь не будет гибнуть в одиночку, и чем хуже будут его дела, тем больше будет мобилизовываться Россия. Он пока получает время и великий шанс, а там либо шах умрёт, либо ишак сдохнет…

* * *

Чего я боюсь, так это федеративной Украины. Её могут таки пропихнуть. Но это будет отсрочка войны. Пока Галичина и Донбасс с Харьковом в одной стране - война рано или поздно неизбежна.

А так Вы правы, Россия получила всё, чего боялась и на более худших условиях. Завтра будет хуже. И не надо думать, что хунта не доживёт до весны. Главный вопрос доживёт ли до весны Россия. Падение рубля будет продолжаться, экономика будет и дальше ухудшаться, так как сменой курса и не пахнет, в итоге возможности РФ весной будут значительно снижены. А при курсе 70-100 рублей за доллар, я не могу гарантировать существование РФ.

И, как сказал кассад, либо будет революция сверху (во что я не верю), либо снизу (народ), либо сбоку (пиндосы).

* * *

Только в первом полугодии 2014 года РФ поставила:

- нефти и нефтепродуктов на Украину на 950 млн долларов (на 45% больше, чем в 2013 году в первом полугодии)
- на 350 миллионов долларов атомного топлива
- на почти 3 млрд долларов газа.

За все это Украина не заплатила живых денег, т.е. Москва субсидировала Киев на примерно 5 миллиардов долларов. Плюс поставки вооружений из Крыма (50-60 танков, до 250 бронемашин, несколько десятков РСЗО, около 250 орудий и минометов, сотни автомашин и тягачей).
Subscribe

  • ЕЛЕНА МАЛОФЕЕВНА РЕЙНИК

    родилась в 1904 г. в д. Мояны Яшкинского района нынешней Кемеровской области. В нашей семье было шесть детей: три брата и три сестры. Работать…

  • ИЛЬЯ НИКОЛАЕВИЧ ШИПИЦИН

    родился в 1921 г. в д. Барановке, Щегловского района нынешней Кемеровской области. АННА СТЕПАНОВНА ШИПИЦИНА родилась в 1921 г. в Белоруссии. АННА…

  • НИКОЛАЙ ФЕДОСЕЕВИЧ МАШКОВСКИЙ

    родился в 1921 г. в д. Балахоновке Щегловского района нынешней Кемеровской области. Мои родители имели четыре дочери и два сына. В Сибирь они…

  • Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

  • 0 comments