Sergey Oboguev (oboguev) wrote,
Sergey Oboguev
oboguev

Originally posted by chukcheev at post

Побывал в «Циолковском» на встрече с Холмогоровым.
Впечатления – самые приятные. Егор Холмогоров, при всём его политическом и общежительном радикализме, обладает несомненным талантом: он влюблён в историю и способен настолько щедро делиться этой любовью, что не откликнуться на это невозможно.
Холмогоров, очень мощно прибавивший в последнее время как публицист, чрезвычайно силён и во второй своей – ораторской – ипостаси. Темы обсуждались сугубо академические – Византия, Русь, отечественная историография, никакой развлекающей актуальности, но было по-настоящему интересно.
Народу собралось немного, и аудитория была возрастной, молодёжь отсутствовала, что было, разумеется, печально, поскольку – по своему дарованию – Холмогоров предназначен не просто в лекторы, но именно в просветители.
Обрушивающийся на слушателей поток имён, обстоятельств, событий, концепций, интерпретаций, подавляющий и смущающий, полезен тем, что перед молодым человеком открываются бескрайние горизонты знания, о котором он и не подозревал.
Подобное я переживал в собственном студенчестве – после лекций Гуревича или Аверинцева, когда вдруг возникала трепетная радость от прикосновения с миром подлинной, не формальной, учёности, где не имели значения регалии, но исключительно личность говорящего
.
То, что Холмогоров отодвинут от юношества, это нешуточная драма и для него самого, которому, по его темпераменту полемиста, остро необходим постоянный контакт с публикой, «рассуждение вслух», и для его несостоявшихся слушателей, у которых, как у любого входящего в жизнь поколения, острый дефицит на громокипящих, неравнодушных людей.
И Холмогоров, это чувствуется, готов к такому взаимодействию, по крайней физических сил у него достаточно: два часа – без перерыва, без провисов, без смены ритма, не пытаясь отдышаться, закрыв паузу анекдотом, раскрываясь целиком.
Словом, Холмогоров, которого изрядно демонизировали, чему он, впрочем, поспособствовал сам, не терпя полутонов и обиняков, что, впрочем, для публициста не является изъяном, в офф-лайне выглядит совершенно иначе: эрудиция, доброжелательность, открытость.
Оказывается, Холмогоров совсем не страшен.
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

  • 0 comments