Sergey Oboguev (oboguev) wrote,
Sergey Oboguev
oboguev

Незаметно для себя именно в последней ленте Герман проговорил суть своего мира и мира своей социальной страты – ненависть к России и русской культуре, внутреннюю бессодержательность, инфантилизм и склонность к воровству. Цыгане, как и было сказано. Богом быть оказалось очень трудно. А вот богемой – легко. И совсем легко цыганами с дру-на-най.

Итог вполне закономерный для русофоба. Русская культура великая и ненависть к русской культуре в той или иной степени неизбежно вырождается в ненависть к культуре как таковой. Ненавидя Чехова, человек начинает ненавидеть европейца конца 19 века: «Гадина, шляпу надел, расшибу пенсне!» А ненависть к Европе определённого периода быстро вырождается вообще в ненависть к европейской истории.

Не замечая, что [...] русофобия переходит в евразийскую ненависть к европейской культуре, меся грязь ненависти с присказкой «я вам сделаю» (то, что фильм не сделан это ведь тоже месть психопата – щаз, русская мразь, уселась, развлекать тебя буду – а вот понюхай. А что деньги дали, так умнее надо быть – деньги всё равно мои, бо жили за мой счёт всю жизнь), меся это грязь Герман дошёл до гомерически смешного результата. Его карикатура на «грязную Рашку» превратилась в почти скрупулёзное воспроизводство того мира, из которого вышел он сам. Все герои «Трудно быть Богом» - ЦЫГАНЕ. Это легко узнаваемые типажи, одетые в соответствующие наряды и ведущие не менее соответствующий образ жизни.

И, наконец, всё это снято цыганским бароном – с абсолютно цыганскими понтами и цыганским же типом поведения. Спросили цыгана, чтобы он сделал, если бы стал великим режиссёром:

- Не вопрос. Взял бы сто рублей и убежал.
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

  • 0 comments