Sergey Oboguev (oboguev) wrote,
Sergey Oboguev
oboguev

Психологические аспекты войны в Новороссии (окончание)

Originally posted by miguel_kud at Психологические аспекты войны в Новороссии (окончание)
/Окончание. Начало в предыдущей записи./


[...]

у Украины слишком много объективных проблем, значительно затрудняющих её конечную победу. Несмотря на отдельные успехи в выживании, дела Украины всё равно очень плохи, и нам это просто нужно осознать. Поэтому совсем вешать нос в войне с Украиной не стоит.

Во-вторых, успех русской стороны в союзе с РФ, скорее всего, невозможен, да и дела самой РФ крайне неважны. Значит, и прожекты, опирающиеся на возможную помощь РФ, в частности, прожект создания приемлемой для русских Украины, сомнительны. Поэтому оптимизм вокруг возможного решения украинской проблемы по инициативе РФ тоже излишен.

Да, картина мира сейчас вырисовывается совсем другая, чем в начале прошлой весны. Но если мы сделаем надлежащие выводы, то правильный порядок действий будет совершенно другой, чем порядок действий в расчёте на неизбежное сохранение Украины и получение поддержки РФ. Из того, что дело Новороссии и воссоединения русского народа здесь и сейчас терпит поражение, не следует, что оно обречено исторически и надо ставить компромиссную цель с прицелом на победу врага в деле сохранения Украины. Из того, что правящий режим РФ поставил под контроль русскую активность на территории РФ и ОРДиЛОсОСов, не следует, что это продлится вечно.

[...]

В гипотезах о возможном обрушении одной из воюющих на Донбассе стран есть большая недоговорка, незаметная внешнему наблюдателю, не следившему за конфликтом все предыдущие годы. Самой большой неожиданностью в судьбе Украины для нас стало то, что те несколько раз, когда республика действительно оказывалась на краю гибели, ей на помощь, откровенно жертвуя собой, бросалась РФ. Если предшествовавшее Евромайдану двадцатилетнее потворствование кремлёвской власти максимально русофобскому развитию Украины можно было списать на халатность, безразличие и импотенцию российской элиты, не способной посмотреть на несколько лет вперёд, то произошедшее в 2014 году не лезет ни в какие ворота и является открытой работой Кремля на выращивание злейшего врага России и русских. Не будь широкомасштабной экономической помощи РФ Украине в 2014 году, поставок Украине оружия из Крыма, сдерживания ополчения в сентябре, элементов блокады ЛНДР со стороны РФ, саботирования создания государственности Новороссии кремлёвскими ставленниками, принудительного устранения видных фигур в руководстве ЛНДР, потворства Западу в деле катастрофы «Боинга» – Украина бы просто рухнула с относительно малыми жертвами, оставив несколько безобидных для России осколков. Но раз за разом власти РФ торопились на выручку Украине, как будто, не сделай они этого, им самим грозила полная гибель.

Позволим себе обобщить опыт ушедшего года и сформулировать гипотезу, которая сейчас покажется большинству читателей слишком смелой, а верна она или нет, прояснится в течение нескольких месяцев. Гипотеза состоит в том, что Украина и Эрэфия, в основах своей государственности, являются сиамскими близнецами, так что выживание или гибель одной из них невозможны без, соответственно, выживания или гибели другой. Украина и Эрэфия – два равноправных русофобских проекта, задача которых – создание двух или более отдельных нерусских наций, расчленение и угасание русской цивилизации.

Эта гипотеза – обобщение предыдущего опыта, мы пока не претендуем на понимание механизмов, которые обеспечивают такое положение вещей. Возможна конспирологическая версия, что поддержка Украины до гробовой доски РФ была заложена в качестве рамочных условий образования РФ и выполняется кремлёвским руководством, поскольку иначе «сильные мира сего» полностью обрушат РФ с гарантированным устранением нынешней её элиты. Возможна бытовая версия, что власти РФ поддерживают Украину, потому что верх их притязаний – руководить сырьевой колонией, распределяя нефтедоллары, а руководство крупным независимым государством, да ещё и в противостоянии с Западом, они заведомо не потянут. Отсюда и сделанный кремлёвской верхушкой выбор в пользу бесконечной войны на ослабление Украины, по итогам которой удастся перетереть с партнёрами приемлемые условия дальнейшего загнивания. Но так или иначе, модель сиамских близнецов, которые могут передраться между собой, но умрут или выживут только вместе, – вполне рабочая и правдоподобно описывает поведение руководства обеих республик.

И именно фактор сиамских близнецов стал главным препятствием в борьбе Новороссии с Украиной. Как его можно преодолеть?

Пока что ведущей в патриотической среде стала линия И.И. Стрелкова на убеждение кремлёвского президента в том, чтобы выйти за рамочные ограничения РФ и повести независимую политику возрождения России, предусматривающую устранение украинской угрозы. Судя по всему, это единственный вариант, который позволит уберечь страну от новой смуты или поражения в войне и огромных жертв, которые за ними последуют.

Безусловно, попытка эволюционным образом сделать РФ пророссийской – благородна и достойна, и нам остаётся пожелать энтузиастам и оптимистам удачи в этом деле. Тем не менее, предыдущий опыт заставляет нас рассмотреть возможность того, что ничего на этом пути не выйдет, и хотя бы морально приготовиться к худшему.

Худшее – это более или менее одновременный крах Украины и РФ под давлением экономических, социальных, психологических, военных факторов. [...] Где будет «тонко» и где именно «порвётся», неизвестно, но готовиться к краху РФ надо по-любому. Только вот неправильно называть этот вариант худшим, поскольку он, скорее всего, неизбежен и выбора у нас нет. Выбор станет потом – когда в сценарии состоявшегося краха, при всей его трагичности, надо будет найти возможности для спасения и возрождения.

В этом плане хотелось бы обратить внимание на опасность, связанную с бесконечными и безрезультатными попытками лидеров русского движения переубедить кремлёвского президента, изменить сущность режима к лучшему. Конечно, уговорить «лучшего геополитика современности» перестать быть самоубийцей было бы неплохо, но возложение на это всех надежд может принести вред. Во-первых, это усилит эмоциональный надрыв русских, когда все надежды на эволюционный выход, так долго лелеямые и заведомо не оставлявшие другой опции, закономерно пойдут прахом. Нельзя класть яйца в одну корзину, закладываться только на один вариант, в том числе и по психологическим причинам. Во-вторых, пропаганда попыток переубедить кремлёвского президента опирается на, в общем-то, правильное, но одностороннее описание катастрофы, которую придётся пережить России, когда попытки пойдут прахом. Эта пропаганда навязывает нам впечатление, что с катастрофой РФ жизнь закончится, но дело обстоит не так. Тем, кто выживет, надо будет что-то делать дальше, и заранее программировать их будущую фрустрацию запретом думать о катастрофе – обрекать на затягивание беды. Напротив, надо заранее предупредить о высоковероятной катастрофе максимальное количество людей, чтобы хотя бы для них она не стала сюрпризом.

Впрочем, даже в том случае, если удастся убедить кремлёвского президента и часть его окружения пойти по патриотическому пути, скорее всего, карастрофа неизбежна, поскольку эти люди, в силу личных качеств, неспособны ни на что, кроме сдачи, и другим не дадут. Теоретически-то каждый человек, искупавшись в трёх котлах, обернётся добрым молодцем, но если царь совсем старый и омразевший, то при попытке бухнуться в самый первый котёл там же и сварится.

* * *

Можно предполагать, что события будут развиваться по канве 1917 года, со сносом первого эшелона государственной элиты РФ и выходом на главные роли второго, затем конкуренцией политических проектов на улицах и в госстроительстве. Можно ожидать, что будут перепробованы и отвергнуты «силой вещей» несколько тупиковых проектов – от ультразападнического капитулянтства до радикального изоляционизма, от уменьшительного национализма до левацких попыток отказаться от решения национальных проблем через возрождение безродно-интернациональной идеологии. Не углубляясь в эти вопросы, посторонние к нашей проблематике, вернёмся к главной теме работы: что делать с Украиной в предположении, что власть в Кремле станет более адекватной, непредательской? Можно ли и тогда идти на компромисс и отказываться от фундаментальной цели полного воссоединения русских земель, от окончательного устранения украинского фактора раскола русского народа?

По моему мнению, и тогда, когда вопрос об оптимальных действиях России станет актуальным (когда правительство сможет принимать оптимальные для России решения), возрождать Украину будет нельзя.

Во-первых, задача переформатировать Украину во что-то приемлемое и тогда, как сейчас, будет ничуть не более реализуема, чем задача выхода из её состава Новороссии и последующего присоединения к России. Для переформатирования же всей Украины всё равно надо брать Киев и наводить порядок на всей территории б.УССР. (Другое дело, нужно ли ставить такую программу прямо сейчас.) Если всё равно придётся брать Киев, то зачем потом отказываться от программы-максимум, которая со взятием Киева станет вполне достижимой? Кто мешает после взятия Киева просто раздельно присоединить все земли к России или, на худой конец, сделать несколько маленьких и хорошо управляемых государств на месте промайдановской части Украины, зачем стричь всех под одну гребёнку?

Да, высказываются надежды, что с социальной программой неолигархического переустройства Украины можно получить больше симпатий малороссов и добиться больших военных успехов, чем с сепаратистской программой Донбасса «не лезьте к нам» (ой ли?). Поэтому считается, что взять Киев с «проукраинской» программой легче, чем с «антиукраинской». Однако надо задать себе вопрос: какой боеспособный социальный слой можно привлечь на свою сторону новыми лозунгами в конкретных условиях Украины, не отпугнув боеспособных сторонников, воюющих за Новороссию сейчас? Скорее всего, такого просто нет. Украинскими СМИ создан образ «террористов-сепаров» и «русских агрессоров». Тех, кто поверил этой пропаганде и убивает русских в добровольческих формированиях, не удастся переубедить социальными лозунгами, потому что задача сопротивления агрессии и террористам приоритетней социальной. Те, кто просто хочет пограбить, лучше сделают это в нынешнем формате ведения войны за Украину. Те же, кто просто уклоняется от призыва в армию, не имея стойких убеждений, вряд ли станут более стойко сражаться в армии Новороссии за социальные лозунги, чем за более сильные национальные. Зато широкомасштабная помощь русских РФ резко снизится, как и мотивация тех, кто начинал воевать, надеясь отделаться от ненавистной Украины. Если же брать небоевые социальные слои, которые оказывают влияние на события массовыми настроениями, то там примерно такая же картина. И потом, кто поверит в антиолигархическую программу восстания, пока в соседней РФ, из которой оно поддерживается, продолжают рулить Роттенберги? Кого удастся переубедить социальными лозунгами, если пример ЛНДР с кремлёвскими марионетками, разворовывающими помощь на фоне гуманитарной катастрофы, у всех перед глазами?

Во-вторых, если даже реализовать эту задачу, заплатив за её реализацию куда большую цену, чем пришлось бы заплатить за первоначальную цель, – это в лучшем случае будет просто возвращение лояльного украинства советского типа, которое со временем приведёт к тем же проблемам на новом этапе из-за самого по себе искусственного строительства отдельной от русских нации. (И не надо себя обманывать, рано или поздно к тому же результату приведёт отдельность Белоруссии, в которой уже начали репетировать свой майдан.) Мало того, снова оттолкнув от себя ту часть русского народа, которая восстала, чтобы быть вместе с Россией, российское государство рискует на ровном месте получить нового смертельного врага из потомков тех русских, которого предало по малодушию и эгоизму.

Ну и, в-третьих, когда тема оптимальной стратегии станет актуальной, ситуация полностью изменится, идейно и психически сильной Украины, скорее всего, не будет. Это будет территория ближе к Сомали или Ливии, которую нужно будет брать под контроль и кропотливо реинтегрировать в Русь, осознавая это долгосрочным проектом на десятилетия, дорогостоящим в смысле усилий, но и стоящим в смысле результата. И если степень анархии и разрушений на территории бывшей Украины будет вводить нас в отчаяние, отваживая от намерения взять на себя ответственность за эти земли, то психическое состояние населения этих земель будет куда более благоприятным, чем сейчас, и позволит надеяться на успех мероприятия.


Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

  • 0 comments