Sergey Oboguev (oboguev) wrote,
Sergey Oboguev
oboguev

Очевидец с Донбасса

Originally posted by marss2 at Очевидец с Донбасса


Пробыл две недели на Донбассе. Жил на Гвардейке (район Макеевки на границе с Донецком), в пяти с половиной километрах от Донецкого аэропорта и в семи – от Ясиноватовской развязки, где сейчас мирятся интенсивнее всего. Звуки перемирия слышал каждый день.
Научился отличать входящие от исходящих и станковый гранатомет от мин.
Особенно весело было, мирились сутки напролет, начиная с тридцать первого марта, когда Параша поехал просить у пиндосов бабло на войну.

Днем городской фон заглушал звуки, прорывались только взрывы снарядов и мин, а ночью, особенно после 18-00, когда у ОБСЕ заканчивается рабочий день, а на фронте начинается, отчетливо были слышны крупнокалиберные пулеметы и всё, что громче.
Наши время от времени отвечают.
В дни усиления укропских обстрелов, где-то около десяти вечера и неподалеку от моего дома (примерно в километре от него начинаются колхозные поля, где удобно расположиться), батарея из шести гаубиц подъезжала туда по темноте, давала два залпа и уезжала, потому что днем там ничего не видел, да и не должно ничего там быть по минским соглашениям.
В другую сторону, ближе к центру города, расположено стрельбище, где наши обучают молодняк. Стрельба там из стрелковки с утра до вечера, патронов не жалеют.
Проблем с пополнением нет.
Старше пятидесяти не берут. Часть личного состава переведена в резерв.

До моего дома ничего пока не долетело, не хватило всего метров двести. Он в третьей линии, трехэтажный, а в первой – четырех- и пятиэтажки, которые прикрывают. Одной досталось, были жертвы.
От пятиэтажек в сторону Ясиноватой начинается частный сектор, там попаданий больше. Почти все восстановлено, но на стенах и заборах отметины от осколков и кое-где окна забиты фанерой или пленкой.
У многих стекла заклеены полосами бумаги ил скотча накрест. Первым делом меня предупредили, что напротив окна спать нельзя, иначе посечет осколками стекла.


Одна мина-стодвадцатка упала на огород моего деда, нашу дачу. Снесла деревянный сортир, изрешетила осколками сарай и дом. Соседям, которые там живут постоянно, осколок пробил стену дома и чугунную ванну. К счастью, никто не пострадал. А на Восточном (один из районов Гвардейки) мины прилетали и при мне.
Разрушили несколько домов. Были убитые и раненые. Повторю, от места боев напрямую не меньше пяти километров, никаких воинских частей там не было. Ошибиться можно метров на пятьсот, пусть на километр, а это был целенаправленный обстрел жилых кварталов. Подонки запугивают мирное население. Всё никак не поймут, что донецких на колени не поставишь.

Донецк непривычно пуст, особенно в районах рядом с аэропортом, но в Макеевке, Шахтерске, Торезе, вроде бы, как обычно, хотя дороги там разбиты вдрызг во время боев и военной техникой. На многих домах надпись «убежище» и указательные стрелки. Разрыв шаблона – в центре Донецка гуляют мамаши с детишками, народ оттягивается на летних террасах кафешек, а всего в нескольких километрах от них идет бой. Солдат встречал редко, не чаще, чем в российских городах. Кому положено – на передовой, кто на подвахте – в казармах.
Всего раз видел проезжающий бтр. Городской транспорт в центре работает до комендантского часа, который с 23-00 до 06-00, а на окраины автобусы ездят до восьми вечера. Проезд в троллейбусе-трамвае – 3 рубля, в автобусе – 6. Говорят, год назад было тяжко, а сейчас наладилось.
Раздают много гуманитарки, как российской, так и ахметовской, у которого за предательство родины национализировали часть собственности, а у врагов – Яныка, Коломойского, Тимошенко и др. – забрали всё. Неподалеку от моего дома был супермаркет Юлькин, а сейчас – республиканский. Созданы уже все государственные структуры.
В них набирают в первую очередь комиссованных по ранению и резервистов. Уехавших во время боев и возвращающихся сейчас считают предателями, работу им дают по остаточному принципу. Разговоры о возвращении в состав руины воспринимают, как глупую шутку, разве что в варианте вхождения некоторых областей руины в состав Донбасса. Зарплаты разные, но ниже российских.
Пенсии – две-три тысячи. Коммуналка дешевле, чем в России, не говоря уже про руину. Цены на продукты примерно сопоставимы с российскими, что-то дешевле – хлебобулочные, мясопродукты, что-то дороже – рыба, крупы, заморские фрукты.
Выдают свои паспорта, которые народ берет с удовольствием, потому что, по слухам, по ним можно будет жить и работать в России без дополнительных документов. На многих машинах новые номера, которые отличаются от российских только тем, что вместо номера региона буквы DPR (ДНР). С такими номерами, как и с паспортами ДЛНР без проблем пропускают в Россию.

Неподалеку от моего дома зона строгого режима. Встретил одноклассника, который там работает. Несмотря на сообщения укропСМИ, что все зеки воюют в ополчении, зона работает в обычном режиме, наверное, с запасным комплектом зеков. Выпускали только тех, кто отсидел. За два года контингент сильно сократился, но в последние три месяца пошло пополнение, уже по решениям судов ДНР.
Ходил на блокпост возле Путиловского моста, который завалил Гиви на прорвавшиеся, укропские танки. Метров за триста до поста разворачиваются городские троллейбусы, которые ходили раньше до аэропорта и дальше. Одна полоса возле поста перекрыта бетонными блоками, а по второй ездят машины, причем не только военные. Пропуск в зону боев только по паспорту, если прописан там. Как ни странно, там еще живут люди. При мне пенсионер проехал на велике до магазина, затарился и поехал обратно.
Паспорт у него не спрашивали, знают в лицо. На блокпосту стояли два ополченца из «Оплота».
Третий подошел поболтать.
Свободные от службы находились в караулке, оборудованной в брошенном магазине на первом этаже пятиэтажного жилого дома с выбитыми окнами, в котором остались две семьи. Возраст ополченцев (примерно): двадцать пять, немного за тридцать и около сорока. Двое донецкие, а третий из области, причем из оккупированного района. Все воюют с лета четырнадцатого.
Пока разговаривал с ними (больше часа), неподалеку (Спартак) почти без перерыва шло перемирие, стрелковка и станковый гранатомет. Затем где-то рядом дала очередь зушка – сбила беспилотник укропский. Я не сразу сориентировался, увидел только разрывы в небе (день был солнечный и безоблачный), но мужики сказали, что видели, как падали обломки.
Отнеслись к этому без особой радости – дело привычное.
Знают, что укропы подогнали к Донецку уже четыре сотни танков, готовятся к массированному наступлению, когда земля подсохнет.
Ополченцы уверены, что им надо будет день простоять да ночь продержаться, а через сутки задует северный ветер и будет дуть на этот раз до Карпатских гор.

Из подслушанного в городском автобусе: «Когда я вернулся с войны…»

https://www.facebook.com/alexander.chernobrovkin.9/posts/799170760219044?fref=nf
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

  • 0 comments