Sergey Oboguev (oboguev) wrote,
Sergey Oboguev
oboguev

Categories:

Ольшанский в ФБ

Сегодня я долго бродил по широкому полю у монастырской стены, и поле было в цветах и высоких травах, известных мне и совсем неизвестных, а за полем пряталась река - веселая, пока не пришли тучи, - а за рекой на холме зевал низенький русский город, и колокольни стояли над крышами, сонными огородами и зарослями разной дурнины.
В монастыре служили с репродуктором, так что я с поля отчетливо слышал службу, а больше никаких звуков не было, и вокруг до такой степени никого не было, кроме трав, туч и колоколен, что я почему-то стал думать: вот человек, он родился, допустим, в 1914-м, а умер - в 1986-м. Он прожил семьдесят с хвостом лет среди войн, голода, арестов, трудодней, Досаафов и ГТО, вышвыриваний в степь за лишнюю корову и коровников в бывшем монастыре.
Прожил и умер. И никогда - разве что в самом бессознательном детстве - не имел возможности увидеть то, что сейчас вижу я.
Увидеть полное - по его меркам - спокойствие и безразличие России вокруг, которая больше не хочет переделывать монастырь, переделывать город, и от человека в пустом поле ничего больше не хочет, хочешь стой, а хочешь пляши.
Этот мой воображаемый человек не увидел такой несусветной свободы, не знал, что она снова будет. И что в поле будет слышна служба через репродуктор - он не узнал.
А я знаю.
И у меня во все стороны снова тот прокудин-горский, которого он был лишен, - словно бы не было ни Доссаафа, ни лишней коровы, одна идиллия с сонными огородами за рекой и благословивладыко - благословенноцарство.
Но главное тут - слово "снова".
Главное тут - "словно бы не было".
Потому что все было.
Ох, было.
И голод, и ГТО, и целая жизнь, прожитая между тем огородом и этим.
Но - думал я дальше - если бы еще один человек, и на этот раз уже из мира тех огородов и тех колоколен, из предыдущего прокудин-горского, возник бы здесь вместо меня, и оглядел по-хозяйски пустое поле, оставленное им сто с лишним лет назад, и увидел бы монастырь, и высокие травы, и низкие крыши, и даже услышал далекий железнодорожный гудок, - что он сказал бы?
Он бы сказал разочарованно: ну неужели здесь за эти сто с лишним лет ничего не изменилось? Что - правда-правда - совсем ничего?
И что ему можно ответить?
Ну, видишь ли, Досааф...
Ну, видишь ли, ГТО...
Не хочу отвечать.
Здесь был рай - и здесь есть рай.
И точка.
Нет, только что на реку приехал джип, из него вышли пацанчики и включили музон.
Тыц-тыц-тыц.
Так значит все-таки что-то было - в невидимом промежутке между этой колокольней и той?
Тыц-тыц-тыц.
Все равно рай.
Травы и крыши на том берегу, и благословенно царство.
Не было ничего.

Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

  • 0 comments