Sergey Oboguev (oboguev) wrote,
Sergey Oboguev
oboguev

Смерть жатву жизни косит, косит
И каждый день, и каждый час
Добычи новой жадно просит
И грозно разрывает нас.

Как много уж имен прекрасных
Она отторгла у живых,
И сколько лир висит безгласных
На кипарисах молодых.

Как много сверстников не стало,
Как много младших уж сошло,
Которых утро рассветало,
Когда нас знойным полднем жгло.

А мы остались, уцелели
Из этой сечи роковой,
Но смертью ближних оскудели
И уж не рвемся в жизнь, как в бой.

Печально век свой доживая,
Мы запоздавшей смены ждем,
С днем каждым сами умирая,
Пока не вовсе мы умрем.

Сыны другого поколенья,
Мы в новом — прошлогодний цвет:
Живых нам чужды впечатленья,
А нашим — в них сочувствий нет.

Они, что любим, разлюбили,
Страстям их — нас не волновать!
Их не было там, где мы были,
Где будут — нам уж не бывать!

Наш мир — им храм опустошенный,
Им баснословье — наша быль,
И то, что пепел нам священный,
Для них одна немая пыль.

Так, мы развалинам подобны,
И на распутии живых
Стоим, как памятник надгробный
Среди обителей людских.

* * *

Когда я был душою молод,
С восторгом пел я первый снег;
Зимы предвестник, первый холод
Мне был задатком новых нег.

Мне нравилось в тот возраст жаркий
Зима под сребреным венцом,
Зима с своей улыбкой яркой
И ослепительным лицом.

В летах и чувствах устарелый,
Я ныне с тайною тоской
Смотрю, как вьётся пепел белый
Над унывающей землёй.

В картине вянущей природы
Я вижу роковой намёк,
Как увядают дни и годы,
Как увядает человек.
Tags: Вяземский
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

  • 0 comments