Sergey Oboguev (oboguev) wrote,
Sergey Oboguev
oboguev

Ольшанский в ФБ

Беда русского мира и русского человека заключается в его, мира и человека, страшной недолюбленности.
В нехватке внимания и тепла.
Россия как государство похожа на злую, ревнивую и вечно недовольную бабу, которая тяготится своими детьми и использует любую возможность, чтобы сбежать от них на тусовку или к мужику.
Дети орут, кровь пьют, жить мешают, а я не пожила еще как следует! мне надо туда, туда! - в Москву, в Петербург, в Константинополь, в Париж, в Лондон, в Америку.
Куда угодно, но только не к своим, не домой.
Но что такое государство само по себе, без людей? - и русские люди, чувствуя то же, что и вся система, вечно пытаются уйти друг от друга подальше, закрыться, спрятаться, отделиться забором, а то и просто: заткнуть уши музыкой, глаза темными очками и вообразить, что вокруг - что-то другое.
Небо безоблачное.
Море нежное.
Тепло бесконечное.
Люди загорелые и всем довольные, пляшущие у себя на яхтах.
Но не свои, не свое.
Ну а это свое, эти свои - те, кто остались, где были, когда каждый, кто смог, уже уехал в Москву, уехал в Европу, закрыл дверь на все замки, просто заткнул глаза и уши, - так вот, эти русские люди, которые все-таки остались здесь, потому что бежать им некуда и сил у них на это нет, устало ходят по русской земле как по чужой и нелюбимой поверхности, ходят как люди нелюбимые и ненужные, и обращенные внутренним взглядом души своей в тоску, алкоголь, агрессивность и смерть.
И хочется навестить каждую мелкую, отдельную подробность России, каждый ее угол - то пыльный, то замерзающий, - и каждого человека, сидящего в этом углу в тупой апатии или за надоевшей работой под серым облаком, без всякой надежды.
Хочется сказать ему: ты нужен.
И этот твой автобус грязного цвета, прыгающий по ямам вдоль блочных сараев, - нужен.
И этот пейзаж, состоящий из гаражей, брошенных складов, убогих скверов с цветами в шинах и лоснящихся морд на рекламных щитах ("уверенно смотрим в будущее вместе!"), - нужен.
И эта асфальтовая дорожка вдоль реки, как будто проложенная для того, чтоб гулять, хотя по ней никто не гуляет, только протяжно кричит из-за забора: х... тебе! х... тебе! - нужна.
И этот кричащий - нужен.
И даже та вредная, злая, которой он это кричит.
Но только это еще не все.
Потому что этого мало - быть нужным.
Ведь даже заброшенные, лишенные тепла дети могут однажды понадобиться матери - чтобы потрясти ими у мужика перед носом, сделать сговорчивым подлеца.
И точно так же может понадобиться на минуту и каждый угол России, каждый заброшенный и, по большому счету, бездомный русский человек - чтобы сунуть его в телевизор, чтобы вытряхнуть из него денег, чтобы провернуть с его помощью какую-то быструю пакость - и сразу назад, к морю, к теплу.
Ну а русская брошенность, русская бездомность - станет от этого еще сильней.
Нет, мало сказать пыльному углу, заброшенному складу, грязному автобусу, бетонному сараю, серому облаку, безнадежному человеку - ты нужен.
Надо сказать: ты - любим.
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

  • 0 comments