Sergey Oboguev (oboguev) wrote,
Sergey Oboguev
oboguev

ДЕЛО АРАКЧЕЕВА И ХУДЯКОВА. Новый акт 10 лет спустя…

Originally posted by pereklichka at ДЕЛО АРАКЧЕЕВА И ХУДЯКОВА. Новый акт 10 лет спустя…


Недавно в новостных сводках прошла скупая информация: арестован старший лейтенант Евгений Худяков. Кажется, новость эта не обратила на себя ничьего внимания. Может быть, оттого, что память наша слишком коротка, и сегодня лишь единицы вспомнят дело, которое 10 лет назад всколыхнуло всех русских патриотов. Дело Аракчеева и Худякова.

Как человек, имевший к этому делу непосредственное отношение, полагаю своим долгом напомнить краткую суть его.

В 2003-м г. в Чечне при неясных обстоятельствах погибли трое мирных жителей. В их убийстве были обвинены офицеры инженерно-сапёрной роты старший лейтенант Евгений Худяков и лейтенант Сергей Аракчеев, только что вернувшиеся из командировки в ЧР. Доказательств вины военнослужащих не было никаких, более того их алиби подтверждали многочисленные свидетели. Дабы не быть голословной, приведу список нарушений следствия и судопроизводства, которые составляла ещё несколько лет назад:

1. Алиби Аракчеева подтверждают: показания 32 свидетелей, приказы №016 и №017, журнал выхода машин
2. В Деле отсутствуют точные координаты места происшествия.
3. В Деле отсутствует научно обоснованная причина смерти потерпевших, так как, несмотря на ходатайства стороны защиты, вскрытие так и не было проведено.
4. На одежде трупов (если таковая была) не было обнаружено повреждений (в том числе и огнестрельных).
5. Одежда трупов была уничтожена сразу после осмотра.
6. Пять экспертиз подтвердили факт отсутствия на месте происшествия гильз, выстрелянных из автомата Аракчеева.
7. Факт якобы найденной на месте происшествия покрышки от БТРа был фальсифицирован.
8. Покрышка, якобы найденная на месте происшествия и фигурирующая в Деле, никогда не находилась в камере хранения вещдоков, а всегда и до сих пор на БТРе 1212 в/ч 3186.
9. В материалах дела фигурирует чёрная лицевая маска, в которой якобы был Аракчеев во время совершения преступления. Однако чёрной маски у него не было, а была – цвета хаки.
10. Все следственные действия в отношении Аракчеева в Ханкале в 2003 году проводились военной прокуратурой в отсутствии адвоката.
11. Судебное решение об избрании меры пресечения 20.06.2003 г. и назначения на экспертизу в институт Сербского без адвоката.
12. Обвиняемые были ознакомлены с постановлениями о назначении экспертиз после их проведения.
13. Следователь Хорошун отказался принять дело к своему производству.

Тем не менее, оба офицера были арестованы, подвергнуты допросам (в том числе, с применением силы), заключены в тюрьму и отданы под суд. Рассматривавший дело суд присяжных вынес вердикт о невиновности обвиняемых, кои были отпущены на свободы. Но это не устраивало чеченскую сторону и старающихся всячески задобрить оную представителей властей РФ. Вердикт был обжалован, но… второй суд присяжных подтвердил решение первого. По закону на этом дело должно было быть прекращено, но…

После второго оправдательного приговора президент Чечни Р. Кадыров заявил, что присяжные «не поняли волю чеченского народа». Зато эту волю отлично поняли власти РФ. Ввиду сложившегося положения последним пришлось пойти на крайние меры: изменить сам закон и пойти на прямое нарушение Конституции! Военнослужащие отныне были лишены права на рассмотрение дел в суде присяжных. И Аракчеев с Худяковым в третий раз были отданы под суд – только на сей раз уже не «не понимающих» присяжных, а всё понимающей «тройки».

14. Дважды суд присяжных вынес по делу оправдательный приговор.
15. Судья Цибульник в нарушение закона дал разрешение на исключение доказательств в приговоре.
16. В нарушении правовых норм Верховный Суд допустил в отношении Аракчеева придание закону обратной силы.
17. В отношении Аракчеева имеет место факт дискриминации по социальному статусу (военнослужащий).

27 декабря 2007 г., без малого десять лет назад, Северо-Кавказский окружной военный суд вынес приговор: Аракчеев С.В. и Худяков Е.В. были приговорены к лишению свободы на срок 15 и 17 лет соответственно с отбыванием наказания в ИК строгого режима с лишением воинских званий и полученных наград.

Евгений Худяков на оглашение приговора не пришёл, предпочтя скрыться. Сергей Аракчеев предпочёл сражаться до конца. «Я всегда и везде буду вести открытый бой, не прячась и не скрываясь, и не доставлю им сладостной победы моей трусостью, - писал он, уже находясь в заключении, отвечая на вопросы интервью, которое удалось нам сделать, несмотря на значительные препоны. - Моё решение бороться до конца, отстаивать свою правду было совершенно осознанным. Я не совершал никаких противоправных действий и не хотел скрываться всю жизнь, как преступник, что больше всего удовлетворило бы большую часть заинтересованных лиц со стороны обвинения. Свою невиновность я буду доказывать до тех пор, пока не добьюсь пересмотра дела. Не помилования, о котором просить не намерен, а полного оправдания. Вот, моя цель. Иных расчётов не было, нет и быть не могло».

На протяжении всех последующих лет заключения Аракчеев продолжал свою борьбу, подавая апелляции во все инстанции. В его защиту выступали многие известные деятели самых разных убеждений, ибо для всех людей, не угасивших в себя совести, невиновность офицеров была очевидна. В 2008 г. ветераны Санкт-Петербурга и Ленинградской области обратились к сменившему В.В. Путина на президентском посту Д.А. Медведеву с просьбой взять под личный контроль дело Аракчеева-Худякова «для оправдания невинных и привлечения к уголовной ответственности истинных виновников». Как было сказано в обращении: ««Дело Аракчеева» приобретает политический характер, провоцируя у допризывной молодежи нежелание служить Родине, в том числе и по причине правовой беззащитности рядового и младшего командного состава Вооруженных сил. Осуждение российских военнослужащих по сомнительным обвинениям на фоне многочисленных амнистий для боевиков вызывает в обществе рост межнациональной напряженности и провоцирует агрессию экстремистских элементов против российских граждан кавказского происхождения».

Под аналогичным письмом президенту, размещённом на сайте «Дело Аракчеева», подписались тысячи человек…

Петербургский писатель Н. Коняев, узнавший о деле лишь в 2009-м, отмечал: «Алиби Аракчеева не опровергнуто, да и вся доказательная часть обвинения шита белыми нитками. И, конечно, нужно говорить, нужно требовать пересмотра этого дела, потому что, если общество успокоится, это и будет признанием того, что мы проиграли, что нас победили, что нас сломили и теперь с нами со всеми можно делать все, чего только захотят наши победители. Мы не только за лейтенанта Аракчеева должны стоять в этом деле. Защищая его, мы будем защищать себя, своих близких. Это очень важно понять».

Осенью того же, 2009-го года в своей статье, посвящённой очередному (и безрезультатному) рассмотрению апелляции, я указывала на недостаточное внимание нашего общества к столь важному делу: «Здесь впору задуматься, почему же столь вопиющее дело оказалось в изрядной степени замолченным? Да, ТВ, радио, большинство печатных СМИ нам недоступны. Но – Интернет? Интернет, в котором немало ресурсов, называющих себя патриотическими? Почему многие из них предпочли молчать или робко шептать о том, что требовало набатного гласа? Сплочённая либеральная компания, сильная «страшной поддержкой друг друга» (выражение М.О. Меньшикова), всегда горой стоит за своих. Она всегда готова к совместным выступлениям, к сочинениям всевозможных писем и обращений. А что же мы? Почему не способны мы к этой «страшной поддержке», которая одна и может быть спасительной в нашем положении? Наша православно-патриотическая общественность подчас тоже выступает с обращениями. Например, к патриарху. Отчего же в этом случае – не обратились? Не воззвали? Не попросили предстоятеля вступиться за невинно осуждённых, напомнив, к примеру, как отвёл руку палача от обречённых казни святитель Николай Мирликийский? Пусть это письмо и не возымело бы нужного действия, но оно хотя бы продемонстрировало бы неравнодушие общества, готовность его защищать своих офицеров, создало бы лишний информационный повод для упоминания о деле. Нет, молчали благополучно. Из каких соображений – лишь догадываться можно. А ведь на каждом русском ресурсе должна была освещаться эта тема!

И, вот, в уже упомянутом интервью признаётся известный писатель, что лишь недавно узнал о деле Аракчеева. А сколькие же тогда и по сей день – не узнали!.. И в том числе – среди людей именитых, чьи голоса слышнее голосов простых смертных, а потому ой как пригодились бы! Чья же вина, что незнание столь распространено? Приходится признать, что вина это – знающих, но не сумевших донести. Пошумели, повозмущались сперва да и махнули рукой, успокоились до срока. Да ещё тех, пожалуй, кто «не знает и не хочет знать».

Равнодушие. Теплохладность. Безразличие. Вновь и вновь мы натыкаемся на них – повсюду распространилась эта пагуба. Что есть равнодушие в данном деле? Косвенное пособничество беззаконию, творимому в отношении русского офицера, чья судьба исковеркана произволом и принесена в жертву «народу Рамзана Кадырова». Если мы смотрим безучастно на то, как расправляются с нашими героями, то мы, как народ, перестаём что-либо стоить. Предавая их, мы предаём себя. Свою страну. Своих детей. Мы самих себя губим. Дело Аракчеева, повторим ещё и ещё раз, это не только отдельно взятая человеческая судьба, но и шире гораздо: это испытание нас всех, русского общества, русских людей – насколько очерствели, насколько сгнили душой, насколько уничтожилась наша воля защищаться и защищать своих? Дело Аракчеева – это дело каждого русского человека. Это – наше дело. За которое мы всемерно обязаны сражаться до победного конца».

Перечитывая эти давние строки, понимаю, что добавить к ним нечего. Ибо ничего не изменилось с той поры. Разве что – в худшую сторону.

Год назад лейтенант Аракчеев был условно-досрочно освобождён из заключения, отбыв бОльшую часть срока (учитывая тюремные заключения до 2007 г.). Его отец не дождался сына. Владимир Александрович скончался после долгой и тяжёлой болезни несколькими месяцами раньше… Конечно, никакой победой такое освобождение не стало, ибо офицер не был оправдан, а те, кто совершили должностное преступление, не понесли за то наказание. Однако, хотелось надеяться, что хотя бы на этом этапе система остановится… Но, увы, система на то и система, что остановиться не может.

39-летний Евгений Худяков был задержан в конце августа нынешнего года на территории Владимирской области. Далее он был этапирован в Ростов, где он ознакомился с приговором. 21 сентября приговор был приведён в исполнение. «Куда направили, суд не знает, уведомление еще не получено», — сообщила представитель суда. Информация об этом просочилась в СМИ лишь в октябре, не вызвав ни малейшей реакции…

Напомню, что согласно приговору дважды оправданный старший лейтенант Худяков должен отбыть в колонии 17 лет… Добавлю к этому, что по свидетельству лейтенанта Аракчеева, ещё во время предварительного заключения в тюрьме он встречал «бывших» военных, попавших под то же колесо, что и он, приносимых в жертву «замирению» Чечни. Только их имён и вовсе не знает никто.

К несчастью, в ХХ веке Россия слишком часто предавала своих защитников и отрекалась от своей Армии… Русская Армия была предана в 1917 г. Русские офицеры стали первыми жертвами революционной нечисти, пришедшей к власти на долгие десятилетия. В СССР многие участники Великой Отечественной были подвергнуты репрессиям по фантастическим обвинениям – главным образом, в предательстве, работе на иностранные разведки, измене Родине… Иные из них встречали день победы в заключении. Другие отправились туда позже. А, к примеру, защитнику Бреста Николаю Кюнгу «повезло» стать обитателем ГУЛАГа дважды – сначала за то, что был в плену у немцев, затем за шпионаж в пользу союзнической разведки (немецкий лагерь, где находился Кюнг, освобождали союзники). Система боялась боевых офицеров, прошедших горнило самой страшной в истории войны… И, конечно, памятно всем, как на волне нового этапа разгрома нашей страны перестроившиеся во мгновение ока из партократов в демократов деятели развернули настоящую борьбу против Армии, настоящую травлю военнослужащих.

Всякое государство несовершенно. У государства может быть много пороков. Но нет большего бесчестья для государства и народа, нежели предательство своих офицеров, своих защитников. Армия – становой хребет государства, а офицеры – основа, костяк, мозг и нерв Армии. Государство, предающее своих офицеров и подрывающее таким образом собственную Армию, работает на саморазрушение. Общество же, с равнодушием взирающее на преследование своих защитников, способствует этому процессу.

«Родина, не предавай…»

Елена Семёнова

Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

  • 2 comments