Sergey Oboguev (oboguev) wrote,
Sergey Oboguev
oboguev

Categories:

О ПРИЧИНАХ УКРАИНИЗАЦИИ И БЕЛОРУССИФИКАЦИИ


Встречается утверждение, будто б-ки проводили коренизацию ради завоевания поддержки на окраинных территориях. Может быть это справедливо по отношению к ср. Азии или Кавказу, но по отношению к Новороссии, Малоруссии и Белоруссии это заведомо неверно.

Массовые настроения против коренизации на южнорусских и западнорусских территориях подавляющим образом перевешивали настроения "за" неё.

Количество жителей Южной России считавших себя до украинизации "украинцами" в смысле противоположения русскости, а не её местной разновидности, можно порядково оценить по количеству подписчиков украинских изданий, составлявшему около 2 тыс. человек. Разумеется, оценить не буквалистическим образом: с одной стороны, некоторые подписчики выписывали издания вскладчину, некоторые не выписывали их по боязни "административных скорпионов", а с другой стороны, некоторые выписывали не потому, что считали себя нерусскими, а потому что искали издания приближенные к южнорусским диалектам и трактующие о южнорусском селянском быте. Тем не менее, общую порядковую цифру генеалогических южнорусов считавших себя нерусскими это число указывает: таких было от 1 тыс. до неск. тыс. Чем и указывается численность украинского народа на этом начальном этапе его нарождения.

За период революции и гражданской войны это число увеличилось до не вполне известных нам размеров, но вероятно кратно, допустим до 15-20 тыс. чел.

Однако наиболее активная часть этой массы укочевала в 1920 г. с Петлюрой в Галицию.

Таким образом, количество лиц остававшихся после 1921 г. на территории РСФСР+УССР и считавших себя "украинцами" в смысле противоположения русскости, а не её местной разновидности, можно оценить по-прежнему в несколько тысяч чел., т.е. как совершенно ничтожную кучку. Когда советская власть стала разворачивать украинизацию, ей пришлось целевым образом импортировать 50 тыс. галичан -- местных "украинских" кадров не было (согласно дневникам Грушевского, которому организация этого импорта была поручена б-цкими властями). Причём оставшиеся в УССР представляли наиболее пассивную часть украинцев (буйные ан масс укочевали с Петлюрой). Никакого внутриполитического значения эта ничтожная группка не имела, физически могла быть раздавлена движением мизинца, и в общем южнорусском масштабе была неразличима.

Это что касается активистов.

Низовой спрос на украинизацию также отсутствовал. Даже ангажированые по уши авторы вроде Г. Шевелёва (Шереха) вынуждены отмечать, что украинизация встречалась либо в штыки и резкой враждебностью (в городе и в образованном крестьянстве), либо в лучшем случае с холодным безразличием (в сельских низах имевших слабое соприкосновение с высокой культурой и не понимавших, о чём идёт речь в политике их отчуждения от неё).

Проукраиниские силы составляли по окончании гражданской войны в Малороссии и Новоросии примерно ноль, несопоставимую величину сравнительно с прорусскими силами. Если бы советская власть была озабочена приоритетом укрепления своего непрочного кресла, непосредственный расчёт ей был бы предоставить украинство его собственной судьбе, т.е. превращению в управдомов из-за отстутствия спроса. То же и в Белоруссии.

Аппеляция к русскому национализму (и/или примирительная поза по отношению к нему) была бы куда как более непосредственно-выгодной для укрепления большевистского стула, чем украинизация (значение которой в смысле баланса массовых сантиментов было для прочности большевистского стула не просто отрицательным, но радикально отрицательным).

Характерно также, что даже при гипотетическом наличии каких-то карманов спроса на украинизацию (какового не было), большевики могли бы избежать антагонизирования населения, проводя национально-либеральную политику, т.е. проводя украинизацию (образования, культуры, изданий etc.) на добровольной индивидуальной основе, допуская свободное сосуществование обеих культур и предоставляя выбор той или иной личному делу выбирающего. Но большевики пошли именно на обязательную украинизацию, несмотря на то, что она создавала существенные риски для их власти.

Невзирая на свою непрочность и шаткость, большевики пошли на антагонизирование южнорусского и западнорусского населения украинизацией -- и это несмотря на то, что стул, на котором они сидели, был и так весьма непрочен, и не жалея для этого своего невеликого непосредственного прочностного ресурса.

В чём же причина такого выбора и приписывание б-ками украинизации такого приоритета, чтобы идти ради неё на существенные дополнительные риски для выживания большевистского режима?
Чем столь значимым для большевиков была вызвана украинизация, каковы были их мотивы?

* * *

Отвечая словами Слёзкина, "Soviet nationality policy was devised and carried out by nationalists" -- но не украинскими националистами, за отсутствием таковых в качестве значимой силы, а тем альянсом нерусских коммунистических националистов, образуемого вокруг еврейских коммунистических этнонационалистов как наиболее численно значимой и культурно-ресурсообладающей этнонационалистической группы в РКП, который составлял ядро советского руководства. (Другая часть советского руководства складывалась из генеалогически русских поражённых однако этническим автонегативизмом даже на фоне общей деэтнизации великорусов к рубежу 19-20 вв., и поэтому противостоять антирусскому блоку этнонационалистов была не в силе.)

Украинизация была вызвана стремлением альянса нерусских этнонационалистов в коммунистической власти (будущих "новиопов") ослабить русский народ как угрозу для членов этого альянса, и как базу для возникновения таковой угрозы.

Лучше всего эти мотивы описывает Андрий Каминский -- наиболее значительный украинский политический мыслитель XX века; священник, педагог и публицист, галицкий политический деятель, соредактор с 1906 по 1918 г. газеты “Свобода”, старейшего в США украинского органа [1].

«Решено [иудеизировать Украину], а одним из средств проведения иудеизации избрана украинизация.

Почему однако решено иудеизировать Украину, а не например Малороссию?

Иудеизация какой-либо "...россии" – затея рискованная, т.к. "...россия" – это не только Керенский, Львов и т.д, но это также Корнилов, Колчак, Деникин и прочие. Украина же – это Петлюра и другие организаторы державы в его стиле, в наихудшем (для идеи еврейства) случае – Скоропадский, т.е. нечто без воли, без мозга, без нерва, без силы. Это только стихия – как буря, море, землетрясение, часто грозная, но покоряемая интеллектом. Это нечто ни обозначенное, ни определённое; в чём элемент фантазии занимает огромное место. Это хаос как принцип идеи украинства, анархия как принцип державности, и нигилизм и беспринципность в качестве движущего и всё выворачивающего этического принципа. [...] Это нечто, чем не правит никакой идеализм или патриотизм, идеал; это прихоть, каприз или чистый гешефт. Такова из себя Украина: союз хаоса, анархии и этического нигилизма – сила меньшая, чем Эстония или Албания; величина, которую свет видит с 1917 года. На её порабощение достанет обычного еврейского нахальства и наглости.

Добавьте к этому менталитет уже целой российской интеллигенции, которая в огромной части отбрасывала всякую государственность, как Крапоткин или Толстой, или домогалась за ночь добиться такой государственности, к которой Россия шла тяжело и медленно (конституционализм), или такой государственности, к которой не следует идти ни скоро, ни медленно (утопии, невозможные или возможные только в грядущих поколениях).

Отсюда ясно, почему решено иудеизировать и так уже подъюдезованную Украину.

Причём однако украинизация? Ответ прост: старое как свет "divide et empera". На Украине есть население русское или украинское, называйте как хотите, но оно – единое и одностайное. Хохлы или кацапы, говорять по-украински или по-великорусски, но считают себя одним "мы", и в этом "мы" – все украинцы и все "москали", а где не "мы", а "они" – это немцы, поляки, жиды.

Разбить это великое "мы", целых 90% населения на "мы" и "не мы", вырвать из общего, одного "мы" 20-50% сил – это великая идея. Тогда одних можно бить другими, творить погромы "москалей" или "украинцев", кого захочешь, и господствовать.
Вот идея – великая и деструктивная, как сам принцип деструкции – два народа или один, но одно "мы", таки разбить на "мы" и "они"».

(Андрей Камiнський, "Загадка України i Галиччини", Львiв, 1927, стр. 36-38)


Более точное академическое описание потребовало бы замены "жидов" на "альянс антирусских коммунистических этнонационалистов, с еврейскими коммунистическими этнонационалистами в качестве основной организующей силы".

Под националистами, ещё раз, здесь подразумеваются не украинские националисты, в силу численной ничтожности последних, а еврейские, кавказские, польские, татарские этнонационалисты.

Вот, вкратце, и вся история причин украинизациии и белоруссификации.

====================

[1] В действительности “Свобода” была основана карпатороссами, и лишь позднее отбита у них “украинцами” по накатанной схеме русская → руськая → украинськая. Газета североамериканского лемко-союза “Лемко”, вспоминая об этом, писала (18 авг. 1932 г):

Лемкы, братья милы,
[...]
Газеты “Лемко” чытателе!
[...]
Старой назвы не змѣняйте,
Стара назва тверда як бук,
А тверде не до панских рук...
О том памятайте,
Панов не допущайте!
Нашы братья лемкы,
Першы эмигранты,
Русскій Союз оснували
И газету “Свободу” выдали:
Свячені украінці
Им одобрали.
Уж не вѣрте никому,
Ани панови свому!
Subscribe

  • О М. Горьком

    (Из неопубликованного черновика:) На соседней клетке литературного поля в создании конструированного само-образа с "крестьянскими писателями"…

  • О ФИНАНСОВЫХ ЦЕНТРАХ

    (Эвентов, "Иностранные капиталы в русской промышленности", М. 1931, стр. 88)

  • ФЕДОСИЯ КУЗЬМИНИЧНА ЛАПИНА (МАСЛОВА)

    родилась в 1918 г. в с. Яя-Борик Яйского района нынешней Кемеровской области По рассказам родителей наше село образовалось в 80-90-е годы прошлого…

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

  • 2 comments