Sergey Oboguev (oboguev) wrote,
Sergey Oboguev
oboguev

По несчастью или к счастью,

Истина проста:
Никогда не возвращайся
В прежние места.
Даже если пепелище
Выглядит вполне,
Не найти того, что ищем,
Ни тебе, ни мне.

Путешествие в обратно
Я бы запретил,
Я прошу тебя, как брата,
Душу не мути.

А не то рвану по следу —
Кто меня вернет? —
И на валенках уеду
В сорок пятый год.

В сорок пятом угадаю,
Там, где — боже мой! —
Будет мама молодая
И отец живой.

* * *

Один из лучших фильмов советского кино - трагедия беспризорного послевоенного детства. Помню потрясающее впечатление, которое он произвел на меня в молодости. С тех пор я его не пересматривал. А пересмотрев сегодня, увидел, конечно, по-другому, просто другое в нем увидел. Нет, трагедия детства осталась, но к ней прибавилась трагедия зрелого одиночества.

Это рассказ писателя средних лет, разыскивающего своих братьев. Всех их в детские годы разметала по жизни война. Один был усыновлен состоятельными и благополучными людьми и сам вырос в состоятельного благополучного архитектора. Другой стал вором-рецидивистом. Сестра, после гибели на фронте отца и самоубийства матери, до 14 лет заботилась о самом младшем в семье ребенке - о рассказчике. Они вместе голодали и воровали пропитание. Потом она умерла. А рассказчику повезло - он попал в подмосковный детский дом, расположенный в старинном имении. И там, в окружении искалеченных войной детей и не менее искалеченных войной педагогов, формировался как личность.

Встречаясь с братьями - по-существу чужими людьми - герой все сильнее ощущает одиночество, а зритель понимает, что именно это одиночество и есть - главная трагедия человека и человечества. Ужас в том, что этот конкретный человек, герой - был одинок всю жизнь. И какие бы хорошие люди ни окружали его в интернате, и что бы там ни происходило в период его взросления - влюбленность в красивую учительницу, встреча с настоящим педагогом "из бывших", из старых интеллигентов, радости детских дружб, печали подростковых переживаний - ничто не может и никто никогда не сможет сокрушить эту бетонную стену одиночества, в которую, как в пожизненную тюрьму, был посажен войной совсем маленький ребенок и из которой, срывая кожу с обнаженной души, вырывается - но никогда не вырвется - взрослый писатель.

Фильм Николая Губенко, кажется, вполне автобиографический, полон "проклятых" вопросов, ни на один из которых ответа нет вообще, поскольку ответить на них можно только собственной жизнью и только перед самим собой.

И вот все это: сломанные судьбы, страшные трагедии - все это решается удивительно поэтичным, живописным, музыкальным образом. Все это решается как добрая, трогательная и очень грустная пародия на другое детство, на другой интернат - на Царскосельский лицей. При желании в детях конца 40-х, в их трогательных личиках, в их синих форменных мундирчиках, можно увидеть и Кюхлю, и Большого Жанно, и... А в нескладных, хромающих, обожженных, простых и интеллигентных взрослых - тех самых первых русских педагогов, без которых не было бы Пушкина, не было бы такой русской культуры, в которой мы выросли. Особая же горечь пародии, как вы догадываетесь, в том, что пушкины в мире ХХ века невозможны, да и лицеи тоже.

Невероятно высокий, сильный и страшный фильм, особенно сегодня - в нашей опошлившейся жизни и деградировавшей культуре.

В.Распопин


(пересматривая вчера)
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

  • 5 comments