"Жандармы и чекисты. От Бенкендорфа до Ягоды", М., 2002, стр. 118. *********** Рассказ Сысоеву Владимира Петровича Смирнова, сына первого начальника штаба дивизии имени Ф.Э. Дзержинского комбрига П.И. Смирнова: «Однажды Фриновский, уже будучи начальником войск НКВД, пригласил моих родителей к себе домой на какое-то семейное торжество. Взяли с собой и меня. Как сейчас вижу перед собой коренастую, крепко сбитую фигуру Фриновского. Он производил впечатление эдакого здоровяка-крепыша: косая сажень в плечах, крутая бычья шея и... буквально льющаяся через край неподдельная веселость. Домочадцы и близкие друзья умилительно называли его Фрина. На вечеринке хозяин дома много шутил, рассказывал анекдоты, забавные на его взгляд, случаи из чекистской практики. Но у меня от развеселых рассказов Фрины стыла кровь в жилах от ужаса. Помню когда он заразительно и безудержно хохотал, то обнажались золотые зубы. Полный рот зубов из червонного золота. Я ничего подобного раньше не видел, это поразило мое детское воображение. Когда мы вернулись домой, я не выдержал и спросил у матери, почему у этого дяди зубы не такие, как у всех. Мать еще при Дзержинском начинала работать в ВЧК и знала много чекистских историй. Она сказала, что о золотых зубах Фриновского на Лубянке ходили легенды. Однажды Фриновский допрашивал арестованного «контрика». Вроде бы это был бывший офицер из «их благородиев». Фриновский с издевкой грозил, что расстреляет его как собаку, если тот не признается в каких-то преступлениях против Советской власти. При этом грубо тыкал арестованному в лицо стволом маузера, наносил удары своим увесистым кулаком. Офицер не выдержал унижений и, изловчившись, изо всех сил двинул следователю ногой, обутой в сапог, прямо в лицо. Удар был настолько сильным, что у Фриновского вылетели почти все зубы. Обливаясь кровью, он с яростью разрядил свой маузер в арестанта. Позже ретивому оперативнику выдали в хозчасти ВЧК под расписку золотые изделия, конфискованные у врагов пролетариата, из которых ему изготовили зубные протезы...»