Sergey Oboguev (oboguev) wrote,
Sergey Oboguev
oboguev

Category:

история русского народоправства


Наши традиции демократии и народного представительства старше самого русского государства: Лаврентьевская летопись говорит об изначальности обычая сходиться на вече. Что же до выборных органов власти, ныне даже школьникам известно, что при раскопках Новгорода находят избирательные бюллетени на бересте. Сравнивая средневековые города-республики Северной Европы, видишь, что системы выборного правления в Новгороде и Пскове были заметно демократичнее, чем в близких, казалось бы, по устройству "вольных имперских городах" Германии: в Новгороде выбирали не только посадника (должность вроде президентской) и тысяцкого (помощник посадника по военным и торговым делам, глава войска), но и архиепископа. Такого в Германии не было.

Власть в допетровской Руси, исключая верховную власть государя и власть воевод в городах с уездами, была представлена выборными органами. В городах структурами гражданского общества были "сотни" и слободы с выборными старостами. Выборные должностные лица - земские и губные старосты - управляли вместе с целовальниками (тоже выборными), соответственно, волостями и губами. Губа представляла собой судебный округ и включала один-два уезда. Губные старосты (именовались также "излюбленными старостами") расследовали особо опасные уголовные преступления, исполняли административные обязанности (землеотвод, межевание и т. д.). Выборными были земские судьи с дьяками. Земские власти ведали важнейшими для населения делами, среди прочего - проведением мирских выборов. Старосты избирались из местных дворян, а их помощники - целовальники - из местных крестьян и посадских людей. Выбирались также сотские и пятидесятские. Слово "целовальник" сегодня звучит забавно (особенно сочетание "губной целовальник"), но объясняется просто: вступая в эту выборную должность, человек приносил присягу, целуя крест.

Историк В. Л. Махнач проводит следующие параллели: "Если земский староста подобен испанскому алькальду, то губной староста подобен англосаксонскому шерифу. Он [также] избирался из местных дворян, а губные целовальники - из местных крестьян. Власть имела под собой мощную демократическую базу. Это была не бюрократическая, а антибюрократическая система правления".

Даже в таком крупном городе, как Нижний Новгород, весь "аппарат" городового воеводы состоял из дьяка с подьячим. Вниз, начиная от воеводы, вертикаль власти представляла собой выборное самоуправление. По участию низового демократического элемента в местном самоуправлении допетровская Россия опережала ту же Англию, где лишь реформы 1888-го и 1894 года покончили с монополией аристократии в местном самоуправлении.

Поучительна история Земских соборов. Первый из них был созван в 1549 году. Созывались они до 1684 года. За 135 лет существования этого органа было созвано 57 соборов. Соборы созывались, среди прочего, и для избрания царей. Шесть царей было избрано на соборах. Соборы созывались царем по своей инициативе или по инициативе населения, созывались сословиями или по инициативе сословий в отсутствие царя. Настоящим торжеством сословного представительства стали всесословные выборы царя Михаила Федоровича Романова на Земском соборе в 1613 году.

Существовала разработанная система выборов в соборы с избирательными округами, институтом выборщиков, наказами избирателей. Избирательным округом считался каждый город со своим уездом. Выборы проходили в форме избирательных собраний. Выбирать имели право выборщики - полные налогоплательщики или люди, несшие службу. Составлялся протокол собрания (именовался "выбор за руками"), который заверяли все участники. Местные власти не имели права вмешиваться в выборы. Имущественного ценза для выборных не было, но, поскольку соборы могли длиться годами, а жалованья выборным не полагалось, малоимущие отсеивались уже этим.

Собору подлежала верховная законодательная власть и компетенция в вопросах кодификации права: Судебник 1550 года и Уложение 1649 года были приняты соборами. Не просто утверждены, как может подумать кто-то, - соборы по многу месяцев занимались кодификационной работой. Например, в Уложение 1649 года на соборе было внесено 80 новых статей на основе челобитных от выборных. Не зря этот кодекс законов прослужил, с обновлениями, до 1845 года.

Кстати, о Судебнике 1550 года. В своей книге "Народная монархия" Иван Солоневич, кажется, первым привлек внимание к тому факту, что русский Судебник 1550 года содержит положения, на век с лишним опередившие то, что считается главной вехой на европейском пути к Правам Человека. Русским интеллигентам, пишет он, тыкали в нос английский Habeas corpus act, забывая упомянуть, что в России подобный акт был введен на 129 лет раньше английского: по Судебнику 1550 года власти не имели права арестовать человека, не предъявив его представителям местного самоуправления - старосте и целовальнику, иначе последние по требованию родственников могли освободить арестованного и взыскать с представителя администрации соответствующую пеню "за бесчестье".


Не было парламента или не было слова "парламент"?

Вернемся к соборам. Они имели право законодательной инициативы, ведали вопросами церковного устроения, налогообложения, внутреннего управления, торговли и промышленности. Земский собор 1682 года принял важнейшее решение об уничтожении местничества. Во время "бесцарствия" собор брал на себя полноту верховной власти в России.

Собор ведал и проблемами внешней политики, войны и мира. В 1566 году он должен был решить вопрос, продолжать Ливонскую войну или заключать мир на условиях, предложенных противником. Собор высказался против их принятия, и война продолжилась.

Иного рода решение было принято на так называемом Азовском соборе 1643 года, созванном для ответа на вопрос: "Азов от казаков принимати ли? И войну с Турцией и Крымом начинати ли?" Нескольким группам выборных надлежало "крепко помыслить", и каждая группа должна была дать мотивированный письменный ответ ("сказку"). Прочтя "сказки", царь отказался от мысли о войне. Казаки прервали пятилетнее "Азовское сидение" и вернулись на Дон.

Вопрос об удовлетворении просьбы гетмана Богдана Хмельницкого о принятии Украины в состав России решал собор 1653 года. Это был трудный вопрос, так как принятие Украины означало две неизбежные войны - с Польшей и Крымом (получили в итоге и третью - со Швецией). Были противники принятия - в первую очередь западник и сторонник союза с Польшей дипломат Афанасий Ордин-Нащокин, все Милославские, родственники жены царя Алексея Михайловича. Это была не первая просьба Хмельницкого: собор 1651 года не дал своего согласия.

В допетровской Руси был еще один кандидат на звание парламента, к тому же гораздо более древний, чем Земские соборы. Начиная по крайней мере с Х века главным законосовещательным органом в русских княжествах была Дума. Здесь вершились все государственные дела, и, не "поговорив с боярами", великий князь (а затем царь) не предпринимал ничего важного. В 1389 году великий князь Дмитрий Донской, победитель Орды, говорил перед смертью своим дружинникам-боярам: "Я родился пред вами, при вас вырос, с вами княжил". А сыновьям завещал: "Слушайтесь бояр, без воли их ничто не творите".

Как пишет специалист по русской истории XIV-XVII веков А. Л. Янов, "долгий путь отделяет этот завет от статьи 98 Судебника 1550 года, налагавшей юридический запрет на принятие царем законов без согласия бояр. Почти два века понадобилось вольным княжеским дружинникам, чтобы его пройти, но они справились с этим".

Хотя протоколы не велись, известно, что заседания Думы проходили в прениях, достигавших порой чрезвычайной живости. Нередко бывали "встречи" - возражения царю. Об Иване III рассказывали, что он даже любил "встречу" и жаловал за нее. Из слов Ивана Грозного в письме Курбскому видно, что "встречи" в совете его деда доходили до раздражения, до "поносных и укоризненных словес" государю.

Мы никогда не узнаем, как развивались бы российский парламентаризм и самоуправление, если бы не переворот Петра I. Сложнейшее общество XVII века Петр уничтожает упрощением. Петр стал разрушителем русских демократических традиций. При нем не только прервалась практика созыва Земских соборов, он уничтожил их основу - низовое земство, бюрократизировав низшую сферу самоуправления. В 1711 году он положил конец и Думе как ненавистному боярскому учреждению. Западник Петр создал почти полностью бюрократическое государство, где власть принадлежала чиновникам, а роль выборных лиц была минимизирована.

Западник Петр стал и главным закрепостителем. До него крестьянина нельзя было продать, крестьянин был юридически прикреплен к земельному наделу (который считал своим), но и наделы были неотчуждаемо прикреплены к крестьянам. Крестьянин был связан с землей, а не с господином. Все это изменилось при Петре и его преемниках. Петр внедрил столько чужеземного, так сильно вестернизировал верхушку общества, что свое, допетровское, в последующие времена даже на уровне обсуждения начало восприниматься (и отвергаться) как нечто отсталое. Екатерина II в значительной мере восстановила самоуправление, но уже не демократическое (с целовальниками из крестьян, с представителями городских сословий во главе слобод), а чисто дворянское. За образец брались системы аристократического самоуправления, существовавшие в то время в Пруссии, Австрии, Англии. Но в этих странах они складывались таковыми на протяжении веков, им еще предстоял долгий путь к демократизации.

Но, несмотря на все это, Россия не выходит за пределы схемы, присущей почти всему европейскому континенту. Упрощенно эта схема выглядит так: сословное представительство (XV-XVII века) - абсолютизм (XVII-XVIII века) - эволюция к конституционализму (XIX век; в России захватила сверх того еще первые шесть лет ХХ века).


Наша демократия - не новодел

Вече и Дума, собор и земство, Городское собрание и Государственный совет, излюбленный староста и земский целовальник, старшина и гласный, предводитель дворянства и городской голова - все это элементы нашего наследия, нашей богатейшей политической цивилизации.

Недавно А. Колесников потешался в Газете.Ру: по его словам, в президентском послании 2005 года "Россия фактически объявлена исторической родиной либерализма". Этого в послании нет, в нем сказано: "Выстраданные и завоеванные европейской культурой идеалы свободы, прав человека, справедливости и демократии в течение многих веков являлись для нашего общества ценностным ориентиром. В течение трех столетий (гораздо дольше! - А. Г.) мы вместе с другими европейскими народами рука об руку прошли чрез реформы Просвещения, трудности становления парламентаризма... это мы делали вместе, в чем-то отставая, а в чем-то иногда опережая европейские стандарты".

Свое недоумение по поводу того, что мы кого-то могли опередить, г-н Колесников передает тремя восклицательными знаками. Но вот пример. В 1917 году Временное правительство узаконило неслыханную и небывалую до того нигде в мире полноту политических и социальных прав российских женщин, включая избирательные. Англия пришла к тому же на 11 лет позже.


и т.д.

http://www.investo.ru/forum/viewtopic.php?p=141321#141321
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

  • 14 comments