Sergey Oboguev (oboguev) wrote,
Sergey Oboguev
oboguev

Categories:

английская демократия

pioneer_lj написал про Англию:
...в 1001-й раз с тоской встретил глубокомысленную интеллигентскую отсылку к примитивному черчиллевскому афоризму, что демократия плоха, но все прочие системы правления ещё хуже. Уинстон Черчилль молодец, умел говорить с дикарями.

Каждому своё: обыкновенным туземцам вручают блестящие бусы из стекла, туземцам умственным (интеллигентам) – бусы интеллектуальные.

Хоть бы кто дал себе труд задуматься над тем простым обстоятельством, что сам У.Черчилль ни разу не демократ, но элитный английский аристократ, и даже викторианский кавалерийский офицер. А Великобритания нисколько не демократия, но монархия, причем даже не конституционная.

(и далее)

Во время недавней и благополучно завершившейся отлучки я имел удовольствие посетить Альбион. Как утверждают, "первое впечатление -- самое верное". Поделюсь им.

В стародавние времена, будучи студентом одного из учебных заведений московского округа, я имел обыкновение летать на каникулы в Ленинград. Доезжал после сессии до Шереметьево, брал за 10 рублей билет на ближайший самолет и шел на посадку. Так вот, люди собиравшиеся возле выхода на посадку к ленинградскому самолету кардинальным образом отличались от московской толпы или остальной толпы в том же Шереметьево. Это было видно сразу, безусловно, бросалось в глаза. Можно было бы описать это отличие, но это не входит в рамки моей темы. Я лишь хотел заметить, что некоторые человеческие свойства становятся заметными "в толстых массах".

Так вот, англичане -- это видно сразу при взгляде на английскую толпу, еще в самолете -- это люди приученые к существованию в крайне жесткой социальной структуре. Структуре, насквозь пронизанной отношениями власти (authority) и подчинения. Слово приученные здесь даже не совсем удачно, следовало бы сказать: выдрессированные. Причем равно как простой народ, так и аристократия (см. мемуары того же Черчилля). Носящие свою тюрьму внутри самих себя.

Английское общество и англичанин как антропологический тип, с одной стороны, и "демократия" в том значении этого слова, в котором его с придыханием употребляет записной интеллигент -- понятия несовместные.

* * *

Помимо наблюдения за "данными в непосредственное ощущение" англичанами, я также посетил кое-какие исторические музеи, в частности Пещеры и Музей английского правосудия в Ноттингеме. Я, конечно, имел и прежде некоторое представление об истории Англии; но одно дело -- иметь книжное представление, другое дело -- соприкоснуться с предметом реально, грубо, зримо.

Степень жестокости, живодерства и варварства, которая характеризует английское общество на протяжении практически всего времени его существования, для русского человека невообразима. Страшилка русской истории, Иван Грозный с опричиной, смотрится рождественской плюшевой игрушкой по сравнению с тем, что творилось в Англии непрерывно. Причем я даже не имею в виду государственную жестокость, а жестокость самого общества и самих людей, жестокость на молекулярном уровне общества, английских нравов.

Про английскую же государственность могу сказать так: возьмите тысячу, нет, десять тысяч Салтычих, и не сочтите их сумасшедшими и не посадите их в клетку, как с Салтычихой поступили в России, но соделайте их судейскими и государственными чиновниками, постройте из них госаппарат -- вот вам будет государственная машина Англии.

"Её историю должен писать палач" -- сказал когда-то про Англию Вольтер. Прежде я считал, что к этой фразе следует относиться как и ко всему сказанному сим персонажем, теперь же я полагаю ее имеющей смысл самый буквальный.
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

  • 19 comments