Category: дети

kluven

(no subject)

Детские останки жертв красного террора найдены в Челябинской области

Поисковики Челябинской области нашли братскую могилу с останками детей, до смерти замученных в годы большевистских репрессий. На трех квадратных метрах нашли останки 14 человек, в основном детей, а четверо из них были вовсе младенцами. Все они, судя по фрагментам костей, были жестоко убиты. Первыми братскую могилу обнаружили казаки поселка Смеловский. О том, что в этом месте может быть массовое захоронение, они услышали еще от своих дедов и прадедов. В братской могиле среди останков были обнаружены и орудия пыток, а также нательные крестики, поэтому жертвами были противники безбожной советской идеологии.

Их руки были связаны колючей проволокой, а черепа проломлены. По мнению местных специалистов и краеведов, это захоронение казаков и членов их семей, убитых и замученных советской властью в начале двадцатых годов, которые были ознаименованы на Урале массовыми казнями и расправами в казачьих станицах.

Владимир Астахов, сотник Оренбургского казачьего войска: «Судя по молочным зубам, здесь лежат останки ребенка 10 лет. Ему нанесли удар в тыльную область, он сидел с запрокинутой головой. Судя по останкам, руки и голова были обмотаны колючей проволокой. Одна женщина лежала на боку, словно прикрывая своих детей. Рядом с ее костями лежали останки детей, у них разбиты черепа».Галина Старикова, сотрудник краеведческого музея Магнитогорска сообщает: «После Гражданской войны казаков оренбургских истребляли как сословие. Это происходило жестче, чем в других местах, поэтому здесь чаще можно услышать рассказы о репрессиях 20-х годов и расстрелах, происходивших после гражданской войны».

Сейчас найденные останки переданы на экспертизу. Сразу после нее местные жители намерены перезахоронить их по христианским традициям и установить в этом месте часовню.

kluven

(no subject)


"О ПОРЯДКЕ ВЗИМАНИЯ ПЛАТЫ С РОДИТЕЛЕЙ ЗА ДЕТЕЙ, ВЫВЕЗЕННЫХ ИЗ ЛЕНИНГРАДА"

Решение Исполкома Ленгорсовета депутатов трудящихся от 19 июля 1941 г., № 48, п. 7.

В соответствии с постановлением Совнаркома Союза ССР, Исполнительный Комитет Ленинградского городского Совета депутатов трудящихся решает:

1. Установить плату с родителей, или с лиц их заменяющих, за пребывание вывезенных из гор. Ленинграда детей в детсадах, детских яслях, интернатах школьников, в следующих размерах: см. таблицу 1.

2. Обязать Исполкомы Районных Советов депутатов трудящихся обеспечить своевременный и полный сбор платы с родителей за вывезенных детей.

3. Возложить на управляющих домами и комендантов ведомственных домов исчисление и учет платы родителей за вывезенных детей в соответствии с прилагаемой инструкцией.

4. Обязать ЛОК Комбанка (т. Прянников) организовать сбор платы родителей через инкассаторские пункты с ежедневным внесением собранных сумм в Городскую контору Комбанка на текущий счет общегородского бюджета № 2740.

5. Контроль за правильным исчислением и своевременным взиманием платы с родителей, а также инструктаж управляющих домами по вопросам исчисления платы по учету и отчетности возложить на районные финансовые отделы.

6. Обязать районные отделы народного образования и здравоохранения в 5-тидневный срок сообщить соответствующим домохозяйствам сведения о вывезенных детях.

7. Возложить на ГорОНО (т. Левина) и на Горздравотдел (т. Никитского) организацию работы: а) по учету детей, вывезенных организованным порядком; б) руководство и ответственность за своевременный сбор платы с родителей.

[...]

9. Установить взнос платы родителей за каждый месяц вперед, но не позднее 10-го числа платежного месяца, предоставив право домохозяйствам просроченную плату взыскивать судебным порядком.

Председатель Исполнительного Комитета Ленинградского городского Совета депутатов трудящихся П. Попков.

Секретарь Исполнительного Комитета Ленинградского городского Совета депутатов трудящихся Н. Пономарев

Бюллетень ленинградского городского совета депутатов трудящихся, 1941, 29 июля, №28–29, стр. 3–4

Сбор по тем же порядкам был продолжен в 1942-1943 гг.



https://cyberleninka.ru/article/v/o-vzimanii-platy-za-evakuatsiyu-detey-iz-blokadnogo-leningrada
kluven

О педократии павликов неоморозовых




«В Грете Тунберг не то страшно, что она больна. Или что несет чушь. И даже что ее дергают за ниточки беспринципные кукловоды. Тоже мне новость! Такое происходит в нашем мире на каждом шагу. Если кто-то становится героем, значит это кому-нибудь нужно.

Страшно вот что. Это широко тиражируемая модель поведения молодого, подрастающего поколения. Еще толком не выросшего, не зарабатывающего себе на хлеб насущный, не разобравшегося ни в чем, даже в своих мелких школьных делишках, но уже получившего с легкой руки либеральных глобалистских медиа право обвинять поколение старшее во всех смертных грехах. Равно как и во всех мелких неуспехах малышни. «Как вы смеете?!» - кричит Грета. Вы отравили Землю, все вокруг рушится и умирает! Вы отняли у меня все! И даже не стараетесь ничего исправить!

Так теперь не только можно, но и должно. Лобных долей толком пока нет, а правота уже на ее стороне. Обвинения в адрес старшего поколения не требуют никаких доказательств, кроме искаженной истерической гримасой мордочки ребенка. На это обвинение нельзя ответить. Надо каяться. Это в старом мире эдакое раскричавшееся дитя тут же поставили бы в угол на горох подумать о своем поведении… Кстати, Грета вряд ли больна психически. Так ведет себя любой ребенок, которому разрешили крыть родителей последними словами. Нездоровой выглядит? Что ж, отсутствие разумной родительской строгости и выглядит вот так.

Гретапокалипсис не в том, что «детей используют для пропаганды», а в том, что детей теперь невозможно воспитывать, учить уму-разуму, передавать им свой опыт, наставлять на путь истинный. Потому что путь истинный объявлен злом. Ведь что говорит злая девочка? Что все, построенное предыдущими поколениями, является неправильным, опасным и преступным. Такое отношение младших к старшим, конечно, не оставляет никаких шансов на воспитание. Более того, оно не оставляет никаких шансов цивилизации.

Если бы глобальное начальство хоть немного заботилось бы о цивилизации и людях, оно бы при первых визгах взбалмошного ребенка прикрыло бы лавочку. А если кто-то в среднем менеджменте заигрался в девочку-которая-кричит, то и их на место поставило. Но нет! Все верно, пусть гневно указывает перстом со страниц журналов истерический ребенок. Так нужно.
Это самый настоящий экстремизм, направленный в самое сердце семьи и детства. Не о климате речь. Сыновей и дочерей учат линчевать родителей за построенный ими мир. Павлик Морозов отдыхает.
Я совершенно не сторонник каких бы то ни было запретов. Но тут дело особое. Касается малых сих. И тут уж на правах родителей взрослые должны сказать свое слово. Запретить всё, что связано с Гретой, показывать лицам, не достигшим 18-ти (а лучше – 21-го). А всех, кто был причастен к раскрутке Гретапокалипсиса, привлечь к ответственности за растление малолетних. Требуя этого, учителя должны бастовать. Впрочем, как и все родители.

Но будет не это. Будут группы поддержки Греты. Пара наших ВУЗов в гости ее пригласят – лекцию прочесть. ВКонтакте будут флешмобы – как я обвинил маму (папу) в его преступлениях…
Задорно будем жить, весело!»

https://www.facebook.com/photo.php?fbid=3189779517761654&set=a.241648519241450&type=3
kluven

А. Бугаев в ФБ

«вывод такой:

Целевая аудитория сюжета НТВ - живущие в России уроженцы Чечни (шире - Северного Кавказа). Им показывают: вот два кавказца совершили хороший поступок - спасли ребёнка (ну, помогли спасти, не так важно). Их показывают в телевизоре, их наградил Главный Начальник. Уроженцы Чечни, берите пример!

И другая часть целевой аудитории - "россияне". Вот смотрите, россияне, эти молодые уроженцы Чечни, они спасли ребёнка. Уроженцы Чечни - смелые, благородные, но скромные, они спасают местных детей (применительно к этим двум парням это правда). Как хорошо, что рядом с вами, россияне, живут такие уроженцы Чечни!

Прочая аудитория каналу НТВ неважна и неинтересна, как и прочие аспекты сюжета».

https://www.facebook.com/alexander.bugaev.66/posts/2213393448746048?comment_id=2213425145409545&comment_tracking=%7B%22tn%22%3A%22R%22%7D
kluven

(no subject)



http://expert.ru/russian_reporter/2014/39/nachalnik-donbassa/

— Когда все только начиналось, и я посылал людей в бой, и они шли по моему приказу и умирали, выполняя задачу или не выполняя ее [...] [у меня внутри] что-то сломалось. После этого я больше не посылал людей на смерть без себя. Вот идет подразделение — и я иду с ними. Я рядом иду. Я выполняю боевую задачу вместе с ними. Стреляю, в меня стреляют. Мы сходимся в рукопашной. Мы сидим в окопах. Меня режут, и я режу в ответ…

А потом мне мои пацаны сказали, когда меня раненого вытащили: «Бать, мы все прекрасно понимаем. Мы знаем, почему ты идешь с нами. Не такие уж мы дураки. И мы ценим это. Но если ты погибнешь, что будет с нами? Мы и так пойдем, куда ты скажешь. Но останься живым. И сделай так, чтобы наши семьи получили то будущее, о котором мы мечтали и за которое мы погибли. То будущее, о котором мы мечтали, сидя в окопах и оря песни, потому что патроны кончились и нас ждала рукопашная».

А девяносто пять процентов подразделения были ранены. Семь из ста не были задеты, но и у троих из них были контузии. — Он говорит тихо, словно боясь быть уличенным коврами, колоннами и занавесками в сентиментальности. — Я — внук своего деда. А еще я — правнук своего прадеда. У меня дома лежат их награды. Я часто подхожу и смотрю на них, и я понимаю — если мои деды и прадеды смогли, то и я смогу. И когда я попаду туда к ним, мне не будет стыдно, что я опозорил фамилию. Мы с ними встанем по старшинству. Но я не буду среди них как ребенок, я буду стоять мужчиной. Они проверят мой жизненный путь. Ошибок, наверное, наделал я массу. Но тот не ошибается, кто ничего не делает.

— Враг — человек?

— Человек. Поэтому я и отпускаю по двести человек врагов, потому что они — дети от восемнадцати до двадцати одного года. Но я оставляю офицеров, батальон «Донбасс», «Азов», «Айдар». Я оставляю снайперов и корректировщиков.

— Чтобы их убить?

— Мы их меняем. Ни одного пленного мы не расстреляли. Ни еди-но-го.

— Чья это была идея — устроить парад пленных?

— Моя.

— Жестокий и унизительный парад. [...] Вам не было жаль?

— Кого, Марин?

— Их человеческое достоинство.

— Ну давай я тебе открою большую тайну — мы могли в тот день выгнать на улицу почти семьсот человек. Семь-сот че-ло-век. Такова была первоначальная идея. Но мы выгнали шестьдесят восемь — офицеров, наемников, снайперов и корректировщиков, которых я за людей не считаю.

— Как к вам пришла эта идея?

— Я смотрел телевизор. Порошенко сказал, что двадцать четвертого числа он пройдется победным маршем.

— И у вас раздулись ноздри?

— Да. Мысль родилась мгновенно.

— Жалеете об этом параде?

— Ни капли. А весь мир орал об этом моем поступке. Вот тогда я, наверное, и прославился. А я стоял и наблюдал за парадом.

— Что вы чувствовали?

— Жалость.

— Но ведь вы и были тем человеком, который мог это все остановить.

— Но я жалость не к пленным чувствовал, а к тем, кто их сюда послал. Рядом со мной стоял человек, у которого убили двух сыновей. И мать, сына которого они задушили.
kluven

(no subject)

kluven

(no subject)

Она что-то шепчет, эта старуха из Oсвенцима, и я начинаю ее понимать.

– Послушайте, – шепчет она, – господа сионисты из Парижа, Лондона и Нью-Йорка, еврейские банкиры, и вы, из Aмериканского Eврейского Kомитета конца прошлого века, это говорю я, старая женщина, погибшая в Oсвенциме вместе с этими малышами, послушайте меня и этого несчастного графа Витте, посланного к вам русским императором, перестаньте уничтожать Россию и Романовых, это плохо кончится, очень плохо, и еще совсем-совсем не поздно, и еще все может быть иначе, послушайте, что говорит этот русский граф, и ты, банкир Шифф, и ты, банкир Ротшильд, не говорите так страшно – слишком поздно! Oн говорит правду, это проклятие обернется потом против вас, это говорю вам я, старая еврейка, погибшая в Oсвенциме.

Послушайте его! Послушайте! Eще совсем не поздно!...

– Послушайте меня, большевики с Урала, и ты, Шая Голощекин, и ты, Янкель Белобородов, отпустите этого человека, Николая Романова и его бедную обреченную семью. Вы еще не знаете того, что знаю я, погибшая в газовой камере. Eще все может быть хорошо, и я пойду сейчас с внучатами в лес или просто погулять по местечку, он еще жив, этот бывший царь, и еще есть надежда, еще нет этого страшного Kрасного Kолеса, и еще все может быть иначе. Oтпустите его, он уже никому не нужен, не убивайте его и его жену, он так ее любил всю свою жизнь, и эти дети, они же ни в чем не виноваты, вы же знаете, и ты, Шая Голощекин, и ты, Янкель Белобородов!

Послушайте, послушайте меня, еще не поздно!...

Дождь заливает стекло и совсем недалеко до завода, только вот я, кажется, совсем плох, и Юта молчит [...]

A она опять здесь эта женщина и шепчет:

– Послушай меня хоть ты, Янкель Юровский, ты остался последний, кто еще может нас спасти, и я попрошу тебя об одном, не убивай этого мальчика, это и есть OН! Это уже было, было две тысячи лет назад, и мы ЕГО распяли! И OН опять здесь, и ЕГО нельзя убивать! Поверь мне старой еврейке, сгоревшей в печах Oсвенцима, сколько их было распятых до НЕГО и потом, и сколько было убитых детей до НЕГО и позже. Но не делай этого, еврей Янкель! Tы еще можешь нас спасти, ты слышишь? Нас, это шесть миллионов твоих соплеменников, оставшихся во рвах, душегубках и газовых камерах! Не убивай ЕГО, Юровский! Вот посмотри на моих внучат, они тоже ни в чем не виноваты, они погибнут вместе с НИM! И ты знаешь, что кричат нам наши палачи! Oни кричат, что они только палачи, но не судьи, и они кричат, что OН с ними! Это так страшно, ты понимаешь, OН не с нами, расстрелянными, задушенными, сожженными, нет! OН с ними, с нашими палачами! Это так страшно, Юровский! Пощади! Пощади нас! Не убивай этого мальчика!...

“В Aнастасию стреляли уже много раз, а она все еще была жива, тогда на нее набросились со штыками и били штыками до тех пор, пока она не перестала подавать признаков жизни. Aлексей сперва потерял сознание, потом очнулся и стал стонать. Tогда Юровский наступил ему на голову и и выстрелил ему в ухо...”
kluven

Сталинское изобилие

[ REPOST https://zemfort1983.livejournal.com/1115931.html ]

Сталинское изобилие

«Что касается цены, то текстильные и кожаные товары, как говорят колхозники, «очень кусаются». Заглянул я в государственный магазин в районном городе. Там висела одна единственная рубашка: «русская рубашка» из льняного полотна фабричной выделки. Цена ее — 80 рублей. До революции она стоила полтора рубля.Никакой обуви в магазине не было.

На базаре увидел я обувь: пара поношенных сапог и две пары поношенных мужских ботинок. За сапоги хозяин просил 400 рублей, а за ботинки была назначена цена по 200 рублей за пару. Кроме этих трех пар старой обуви, никакой другой на базаре не было.Многие ли колхозники могут купить себе обувь и одежду при таких ценах?!

Советское правительство платит колхознику за пуд (16 килограммов) ржи 64 копейки. Значит, за одну рубашку, которая соткана изо льна, сданного колхозником, на государственной фабрике и продается в государственном магазине, — за эту рубашку колхозник должен продать (сдать правительству по государственной цене) 125 пудов ржи!..

Но сам колхозник в среднем зарабатывает в колхозе за «трудодень» 400 граммов, или за год (за 200 трудодней) — 5 пудов ржи (80.000 гр.= 80 кг.). Значит, для покупки в государственном магазине одной льняной рубашки колхозник должен работать в колхозе на государство... 25 лет, т. е. всю свою недолгую жизнь «трудообязанного колхозника»... И только при том условии, если сам колхозник заработанный им хлеб есть совсем не будет, а весь его продаст государству.
А для покупки сапог или ботинок всей жизни бедного колхозника не хватит...».

«О своих школьниках учитель рассказал: некоторые дети так обессилены от голода, что даже не могут ходить в школу... Другие так истощены, что часто падают в обморок...

Он прислал мне сочинения его учеников о праздновании 1-го Мая в школе.Для детей в школе был устроен концерт, а после концерта их покормили гороховым супом. Для проведения революционного праздника школе отпустили немного гороха из колхозного склада.

В своих сочинениях редкие школьники мимоходом упоминали о концерте. Огромное большинство обошло концерт полным молчанием. Но зато все они, без единого исключения, написали о гороховом супе, которым их угостили в школе. Написали о супе с восторгом и упоением. При чтении школьных сочинений чувствовалось, что это был действительный праздник в их жизни, самый счастливый день за колхозные годы. Было видно, что гороховый суп казался для них редчайшим лакомством. Покушать горохового супа — это было для них таким наслаждением, которого они давно не испытывали...

Гороховый суп — самое сладкое лакомство в жизни... Бедные, голодные дети! Малолетние мученики земли колхозной!..

Гороховый суп — величайшее счастье детей-школьников...

«Незабвенная пора», «золотое детство»!..

Вот оно, «счастливое детство», за которое советская печать, от имени детворы, славословила, благодарила Сталина, «великого друга советских детей»!..».

Чугунов Т.К. «Деревня на Голгофе. Летопись коммунистической эпохи от 1917 до 1967 г.».

kluven

Интервью с директором завода резинотехнических изделий (1982 год)

Интервью с директором завода резинотехнических изделий (1982 год)

– Деньгами людей теперь не заманишь. Человек должен деньги на товары менять - это нам в горкоме сказали. А сейчас их разве что на водку поменять можно. Поэтому, кто пьет, кто еще чем занимается.

– Почему люди сейчас так сильно пьют?

– Я считаю, что от безысходности, бесперспективности своего существования.

Теперь о жилье. В настоящее время существует положение: каждый гражданин СССР с момента возникновения нуждаемости в улучшении жилищных условий может на общих основаниях стать на очередь. Я считаю, что это закон вредительский, он направлен на уничтожение русской нации.

Смотрите сами: девчонка 18 лет пришла на завод, ей дали общежитие. Квартиру она получит через 13 лет, в 31 год. В этом возрасте уже никто рожать не станет. Сейчас все жилье дается людям, от которых ни одного ребенка не будет. И в таких условиях эти несчастные 24-летние девки рожают, мыкаются потом по общежитиям. Но их в общем немного. У нас на заводе работает 6 тысяч человек, и только 96 женщин находятся сейчас в административном отпуске по родам или уходу за ребенком, причем на 35-40% коллектив молодежный (до 30 лет).

[...]

люди сейчас действительно перестали рожать детей. Уже удивляемся, у кого двое детей. Собака или машина - вот что теперь вместо ребенка. Институт у нас в городе уже по три раза объявляет набор, без конкурса берут всех желающих, и то недобор. Если анализировать прирост населения, надо азиатские республики брать отдельно, а РСФСР - отдельно. Тогда все станет ясно. Ведь Кавказ трудящихся не выращивает. Он спекулянтов выращивает. А пахарей русских становится всё меньше и меньше.

[...]

Я не знаю, что с нами будет дальше.




Недавно замечал, что никто кажется пока не пытался оценить масштабы демографических потерь русского народа вызванных депрессией рождаемости из-за хронического недоинвестирования в жилищное строительства и отсутствия жилплощади для семьи и детей. Размножаться на "4 метрах на человека" или в общежитии, с перспективой когда-нибудь улучшения "с 4 метров до шести "-- занятие сильно на любителя.

Окажется неудивительным, если русские демографические потери понесённые из-за "наказания жилищем" сопоставимы с потерями от военно-социальных катастроф или превосходят их.
kluven

(no subject)

Мы знаем, что ныне лежит на весах
И что совершается ныне.
Час мужества пробил на наших часах,
И мужество нас не покинет.

Не страшно под пулями мёртвыми лечь,
Не горько остаться без крова.
И мы сохраним тебя, русская речь,
Великое русское слово.

Свободным и чистым тебя пронесём,
И внукам дадим, и от плена спасём —
Навеки!

* * *

Щели в саду вырыты,
Не горят огни.
Питерские сироты,
Детоньки мои!
Под землей не дышится,
Боль сверлит висок,
Сквозь бомбежку слышится
Детский голосок.

* * *

Постучи кулачком — я открою.
Я тебе открывала всегда.
Я теперь за высокой горою,
За пустыней, за ветром и зноем,
Но тебя не предам никогда...

Твоего я не слышала стона.
Хлеба ты у меня не просил.
Принеси же мне ветку клена
Или просто травинок зеленых,
Как ты прошлой весной приносил.

Принеси же мне горсточку чистой,
Нашей невской студеной воды,
И с головки твоей золотистой
Я кровавые смою следы.