Category: философия

Category was added automatically. Read all entries about "философия".

kluven

Лекция Егора Холмогорова «Что такое философия и что читать по философии?»


«Несколько коротких замечаний после просмотра.

Уникальность. Внятного ответа, зачем нам нужна философия, традиционные курсы её истории не дают. Если исключить обязательность – «Каждый образованный человек должен овладеть всем богатством мировой культуры, не исключая и философию» – никакой иной прагматики погружения в эту трудную и порой откровенно нудную сферу нет.

«Я изучаю философию, чтобы потом с умным видом кивать, когда в речи возникают имена Платона, Гегеля и Дерриды», – так звучит циничный ответ более продвинутого студента, имеющего представление об общественном лицемерии, менее продвинутый обойдётся и без этого.

Холмогоров переворачивает эту ситуацию, но действует не прямо, выступая с назидательными пассажами, но косвенно, на протяжении всей лекции многократно привязывая те или иные философские сюжеты с текущей жизнью, с нашей горячей повседневностью.

Холмогоров на собственном примере показывает, что философия – это не фамильный хлам, не сборище некогда громких имён, стёршихся от безразличного повторения, но та основа, та рамка, тот исток, из которого исходит всякое мировоззрение, вдруг решившее перестать быть слепым, подчиняющимся чужому мнению и взявшееся за критическое переосмысление – прежде всего сферы политического как наиболее востребованной и важной.

Тут без философии для простого человека, начавшего жить своим умом, точно не обойтись: технология чистого, не искажённого идолами мышления запакована в работах великих предшественников, – надо просто знать, в каких именно.

Оригинальность. Привычные курсы истории философии знают только один вектор: если и философия развивается, являясь не только скоплением суждений по разным вопросам, то маршрут этого развития – ко всё большей свободе от традиции.

Потому марксизм, в одной версии, или постмодернизм, в другой, являются её закономерными вершинами: Фалес в своей Ионии запускал этот длительный проект лишь для того, чтобы, в конечном итоге, у нас получился вооружённый верной идеологией ленинист или постструктуралист.

Холмогоров отвергает эту телеологию нарастающего прогрессизма, противопоставляя ей иную линию. Оказывается, история философии не исчерпывается капитанами будущей бури, существует достаточное количество глубоких, самобытных, своеобразных, талантливых консервативных мыслителей, которые не были отбракованным материалом, годным лишь для набранных петитом примечаний.

Это совершенно иной и завораживающий взгляд, который поначалу вызывает шок и отторжение («Мы ждали, что Холмогоров станет тупо рассказывать о тех философах, которым посвящены параграфы в соответствующих учебниках, а тех, кому этого не досталось, проигнорирует»), но потом нетривиальность подхода захватывает: такого ещё точно не было.

Личность. За четыре часа лекции Холмогоров открывается с новой стороны, переставая быть тем ярким публицистом и сетевым анфан-терриблем, которого мы привыкли знать. Перед нами действительно наш великий современник, драматически недооценённый и выключенный из фокуса общественного внимания.

Сказанное не означает, что со всеми его оценками, взглядами, идеями, симпатиями или антипатиями следует соглашаться, но сама фигура, сам масштаб, эта широта умственного охвата, эта лёгкость оперирования тончайшим инструментарием, этот профетический темперамент, эта духовная мощь, конечно, завораживают.

И последние минуты лекции, посвящённые недавно ушедшему русскому гению Константину Крылову, отзываются двойной горечью: равновеликий Крылову мыслитель со всей своей неохватностью интересов оказывается точно в такой ситуации, вынужденный рассказывать о философии приват-доцентским способом.

"Судьба интеллектуала в России"».

https://chukcheev.livejournal.com/978094.html

kluven

Егор Холмогоров -- о Чехове (часть 2)

(Часть 1: https://oboguev.livejournal.com/6541235.html)

Особенность Чехова как писателя в том, что он, во-первых, игнорирует действительность, он неточен в характеристиках, в описаниях, в фактах, иногда он попросту лжет (вспомним слова Ахматовой именно о социологическом не-реализме Чехова).

Во-вторых, Чехов использует свои отступления от действительности прежде всего для её принижения, опошления, измельчения, он «закутывает всё в пепел», по выражению той же Ахматовой.

Но, наконец, есть и третья сторона — при этом Чехов свое принижение выполняет в псевдореалистической манере, он совершенно чужд «гоголевщины» или хотя бы «достоевщины». Его карикатуры продаются им самим как фотографии.

Получается технология тройного обмана, доведенная до совершенства в вещах типа «Архиерея» (одно из самых гадких произведений в известной мне русскоязычной литературе — даже «Головлевы», пожалуй, не такие гадкие — точнее, слишком прямолинейно гадкие, сразу выплевываешь). «Архиерей» довольно точно раскрывает и чеховский метод ненавязчивого псевдореалистического опошления, и конечный смысл этого метода — полное обессмысливание человеческой жизни, ариманическое отрицание её высшей цели.

Все лучшее в человеческой жизни, все наиболее достойное в человеке есть стремление выйти за пределы этого противоречия, попытка превзойти свою физическую природу (в широком смысле, речь не только о телесности), чтобы привести её в соответствие с духовной.

Попытки этого самопревосхождения могут быть самыми разными, от одерживаемой с помощью благодати Божией победы духа над физикой в христианстве, через всевозможные формы титанизма, попыток сделать физического человека больше, чем он есть, и до нигилизма, отрицания физических условий как неприемлемых и несправедливых через уничтожение себя, уничтожение реальности, бунт и т.д.

Но, так или иначе, практически все писатели этого мира, равно как и все художники, все философы, вообще практически все люди, на которых лежит миссия осмысления и направления человеческой жизни, участвуют в заговоре по растравливанию в человеке чувства этого конфликта, постоянном поддержании чувства пропасти, которую надо так или иначе перепрыгнуть.

Чехов был изменником. Культурным дезертиром. Он дает картину «физической природы» человека именно за вычетом всего того, что в ней произведено стремлением духа к превосхождению этой природы. Отсюда псевдореализм его текстов. В них взято то, что тянет человека вниз, — но аккуратно исключено, или замазано, или снижено, или опошлено всё, что тянет человека вверх.
kluven

Как перестать беспокоиться и попасть на небеса


63% католиков и 55% баптистов сообщили, что спят не более семи часов за ночь.

73% атеистов и агностиков заявили, что спят, по крайней мере, семь часов.

ученые обнаружили, что те из участников опроса, кто верил, что попадет в рай, спят более семи часов. По мнению исследователей, это говорит об оптимистическом взгляде на жизнь, связанном с ожиданием попасть на небеса.

https://www.popmech.ru/science/news-614233-religiya-mozhet-okazyvat-vliyanie-na-son
kluven

ФИЛОСОФИЯ СЕРГЕЯ СЕРГЕЕВА


Нельзя не сказать пару слов относительно его общей идеи "Демократия в России не выходит, потому что в России не было 500 лет назад магдебургского права".

Это всё-таки крайне поучительная сцена.

Возьмём некоторую страну и убьём в ней всех, кто matters.
Убьём династию.
Убьём аристократию.
Убьём офицерский корпус.
Убьём священников.
Убьём буржуазию.
Убьём интеллигенцию.
Убьём справных крестьян.
Всех, под корень.
Оставшихся подвергнем вынимающему жилы рабству, на протяжении трёх поколений.
И троекратно, на протяжении века -- геноциду.
Так, чтобы к концу вырезать не только всех, кто matters, но и чтобы от народонаселения осталась треть.
Про бесправность существования и говорить нечего.
Оставим эту страну под властью альянса ненавидящих её народ иноплеменников и воспитанных ими янычар -- альянса поддерживаемого всем могуществом внешних врагов.

И вот, на этом-то фоне появляется человечек и возглашает: "Демократия не выходит, потому что 500 лет назад не было магдебургского права".
kluven

(no subject)

«Философ Рустем Вахитов считает, что русская нация стала нацией только в советское время». [1]

По-моему, Вахитов не философ, а башкир.

Что же касается тезиса, то всё, казалось бы, проще некуда. В России произошли (не считая нацмен и украинцев) два процесса нациогенеза.

Один, "дореволюционный" -- с референтным ядром из аристократии и качественной интеллигенции, и созданной ими высокой русской культуры, создал русскую нацию, но не был завершён в своём охвате, и в подсоветские времена продолжался лишь в усечённом объёме.

Другой процесс, преимуществено подсоветский (но начавшийся, разумеется, ещё до 1917) -- с референтным ядром из низкокачественной нетрудовой полуинтеллигенции и её культурного сознания, создал советскую нацию, ныне также известную как россияне. (Сбоку по той же структурной схеме был создан украинский народ. [2])

С 1920-х гг. эти процессы идут параллельно. Одни люди относят себя к русским, другие к советским/россиянам. Основным разделяющим фильтром самоопределения (кому налево, кому направо) является антропологическое качество личности. Плюс, конечно, этническая генеалогия.

РФ же является многонациональной страной, т.к. в ней проживают русская нация и нация россиян.

============

[1] https://www.facebook.com/mezuev/posts/10223726505136421?hc_location=ufi

[2] Собственно, советизм-росеизм это и есть украинство для великороссов. И, обратно, украинство есть концентрированное выражение советизма, воплощенного в национальной плоти украинской нации.
kluven

ПЛАЧЕТ КИСКА В КОРРИДОРЕ


Егор Холмогоров:

«Весь дискурс "жаления Ефремова" исчерпывающе описан и подвергнут убийственной вивисекции в статье Константин Анатольевич Крылов "Плачет киска в коридоре" -- платиновой классике русской и мировой моральной философии.

Тут, как говорится, nec plus ultra»
.

https://traditio.wiki/w/index.php?title=Текст:Константин_Крылов:Плачет_киска_в_коридоре

Первоиздание: http://web.archive.org/web/20020228012558/http://www.specnaz.ru:8100/gazeta/07_2001/index.htm
(открыв последнюю ссылку, следует затем вручную выбрать в браузуре кодировку Cyrillic-Windows)
kluven

(no subject)

Фейсбук цензурирует ролики PragerU как "фейковые новости".

C. Худиев комментирует: "Там ролики политико-философского содержания, каких либо новостей, фейковых или нет, я там не припомню".

Просто-напросто, там фейковая философия.
Не соответствует генеральной линии партии

https://www.prageru.com/petition/facebook
https://www.facebook.com/sergey.hudiev/posts/3329019810444187
kluven

Константин Крылов и русская философия (соотношение объемов понятий)


«Важный вопрос, который порой возникает.

Был ли Константин Крылов философом?

К сожалению философом в современной России считается почти исключительно специалист по истории философии, работающий либо в вузе, либо в НИИ. Хотя на деле специалист по истории философии является философом редко, потому, что его задача анализ идей, а не их производство. И способность производить философские идеи тут скорее мешает, так как вместо Гегеля или Шестова ты начнешь излагать себя.

"Историком философии" Константин Крылов не был, хотя у него есть блистательные работы в этой области - об Александре Зиновьеве, неоконченная - об Иване Ильине. Но в целом академическая история философии не была его преимущественной сферой занятий. В вузы его изредка звали, но настолько ненастойчиво, что нужно было очень хотеть стать рядовым, без кандидатской степени, преподавателем вуза, чтобы на эти призывы откликнуться. Несколько раз ему пытались организовать диссертацию, но опять же это требовало таких сверхусилий при неочевидности цели, что упрекать его, что он не бегал за этим призраком как щенок - глупо.

Итак, Крылов не был ни историком философии, ни работником философских учреждений. Следует ли из этого, что он не был философом? Нет, не следует.
Вопрос этот может быть разрешен в двух отношениях.

Отношение первое - совершенно очевидное.

Был ли философом Сократ?
Был ли философом Ницше?
Был ли философом Розанов?
Был ли философом Ортега-и-Гассет?

Если вы говорите "да", но, при этом, отказываете в звании философа Крылову, то глаза ваши бесстыжие.

Если вы признаете хотя бы одного из вышеназванных крупным философом, но отрицаете такой масштаб за Крыловым, то это говорит о вашей нечуткости к тому, что есть философия.

То есть если говорить о неклассическом типе философствования, то разговор вообще лишен смысла. Крылов очевидно крупнейший русский неклассический неакадемический русский философ конца ХХ начала XXI века. Тут дискуссия попросту невозможна.

Отношение второе, менее очевидное, поскольку нужно хотя бы прочесть основную опубликованную работу Крылова [https://royallib.com/book/krilov_konstantin/povedenie.html] (а сделать это непросто из-за фактического отсутствия в эмпирической действительности печатного издания), чтобы понять о чем речь.

Крылов является одной из крупнейших фигур и в классической русской философии, поскольку сделал вещь, которую делали в мировой философии считанные единицы, а в России не делал никто - создал систему формальной этики.

Трактат "Поведение" это не "прикольная книжка в интернете", как бы кому ни хотелось так думать. Это вещь сопоставимая по уровню только с "Критикой практического разума" Канта и "Теорией справедливости" Ролза.

Формальная этика штука крайне непопулярная, поскольку всем людям, включая философам, чтобы почувствовать себя хорошими людьми, хочется в этике разобраться с ценностями. Однако после Канта отрицать важность формальных этических норм и логических конструкций не приходится. Тем более это не приходится делать после Ролза, чья "теория справедливости", основанная на ряде формалистических допущений (если не сказать, в некоторых случаях, жульничеств) при этом лежит в основе социальной и гуманитарной политики большинства современных стран Запада. То есть формальная этика может иметь колоссальное ценностное и политическое влияние.

Так вот, Константин Анатольевич Крылов был единственным известным мне русским философом, который построил строгую абсолютно формальную и логически неопровержимую систему этики, которой возможные варианты морального или аморального поведения человека фактически исчерпываются. То есть какой бы поступок, какую бы поведенческую стратегию мы не разобрали, мы получим на выходе один из вариантов крыловской модели, одну из крыловских этических систем.

Такого, насколько мне известно, не делал никто больше в русской философии и возможно будет назвать немногие аналоги в мировой (мне вот подсказали Оукшотта).

То есть теория логически выведенных этических систем это абсолютное достижение в мировой философии, достигнутое нашим соотечественником и современником, которого мы имели честь и удовольствие знать.

Далее, Крылов, сделал следующий шаг в этике, который вывел его еще дальше, подведя к тем вещам о которых в этике почти никто не задумывается. А именно он создал концепцию этического полюдья, радикально отличающегося от морального долга.Он предположил, что идеальная этическая парадигма в поведении большинства людей отличается от реальных этических императивов, но подчиняется, при этом, их редуцированной форме.

Открытие полюдья как самостоятельного феномена в этике это коперникианская революция в моральной философии и в исследовании человеческого поведения. Суть её состоит в том, что люди поступают в реальной жизни не по морали, но и не против морали, а по сокращенной, редуцированной версии морали, по усеченной этике, в которой нравственное правило упрощено дол лозунга-поговорки.

Открытие это одновременно произвели два человека. Светлана Лурье в этнологии (концепция эрзац-этического сознания) и Константин Крылов в философии (концепция полюдья). Но открытия в философии в таком случае безусловно более фундаментальны, так как описывают самые общие аспекты реальности.
Ну и для того, чтобы заполировать все это сверху, Крылов предложил концепцию цивилизационных блоков, базирующихся на этических системах. Тут ничего совсем сенсационного для русской мысли после Данилевского нет. Но цивилизационная теория Крылова одна из лучших именно потому, что во многом независима от эмпирического исторического фундамента, независима от исторической физиогномики (в скрытом виде она конечно все равно есть, без нее никуда, но формально она вполне может без этой физиогномики обходиться.)

У Крылова, разумеется, была своя вполне оригинальная метафизика, как и любая метафизика вытекающая из религии (никакой нерелигиозной метафизики не бывает). Но придавать ей решающее значение не обязательно, при анализе крыловской этики её в принципе можно и проигнорировать (хотя можно и нет).
Я уверен, что со временем принципы системы Крылова так же лягут в основание социальной практики в России, как и принципы системы Ролза лежат в основании социальной практики Запада. Несомненно, что они будут изучаться не только в университетах, но и в школах на уроках обществознания.
Но пока нужно хотя бы договориться и начать признавать, что Крылов не просто писатель, публицист, политик, неклассический философствующий дядя с усами, новый московский Сократ, что Крылов это человек, который делал в философии вещи, которых в русской философии больше никто не делал и в мире мало кто делал.

Понятно, что философам это делать непросто, потому что это значит, что некто, не являющийся моим начальником, более философ чем я. При жизни Крылова на это не было вообще никакой надежды. После смерти некоторая надежда появляется, хотя бы потому, что Крылов тем самым перешел в ведение истории философии. О нем можно защищать диссертации, писать статьи, по нему можно проводить конференции, издавать "Труды по этическим системам" и т.д. То есть можно надеяться, что появится достаточное количество молодых историков философии, которые, цинично говоря, поймут, что им выгодно "кормиться с Крылова".

И тогда произойдет легитимация Крылова как объекта историко-философского изучения. Ну а дальше, при издании неизданного (А Крылов точно готовил философскую трилогию "Деятельность. Поведение. Сознание" причем "Деятельность" кажется уже написал) и внимательном прочтении непрочтенного нас может с может ждать еще немало сенсационных открытий.

С другой стороны, русская философия истоптав вдоль и поперек Белибердяева, ухитряется в упор не замечать свою крупнейшую фигуру - Несмелова. Так что слепоты нам не занимать. Даже если у нас не случится чего-то подобного большевизму, вариант, что Крылова не будут замечать и 80 лет спустя после смерти, как то случилось с Несмеловым, тоже вполне возможен. И лучше бы его избежать.

Поэтому я и пишу этот пост.

Ну а теперь можно вернуться к мемуарам».

(Егор Холмогоров)

    




Я бы всё же не упустил упомянуть хотя бы "Перед белой стеной" Крылова -- вещь ницшеанско-шестовской силы.

Причём отсылка к Шестову в моих устах -- это похвала чрезвычайная. На меня Шестов оказал ОЧЕНЬ БОЛЬШОЕ формирующее влияние, став одним из совершенно краеугольных камней моего сложения. Шестов для меня был учителем человеческого самостояния, человеческой свободы, человеческого права и личностной автономии перед лицом самых необоримых и давящих сил.

Упоминая лишь только одну из самых практических проекций, не приходится говорить, что это значило позднее во время, когда каждому из нас -- и Константину, и Егору, и мне, и другим людям заявлявшим русское право приходилось идти хотя к счастью и не через револьверный, но через совершенно неистовый, бешеный собачий лай, через стену глумления и улюлюкания.